Поиск

«Небо сингулярности» Чарльз Стросс


Бойтесь своих желаний

1. Я — Эсхатон. Я не бог ваш.
2. Я происхожу от вас и существую в вашем будущем.
3. Да не нарушишь ты принципа причинности в моем историческом световом конусе. А не то.

Чарльз Стросс, потому что и прежде слышала о "Небе сингулярности" и "Железном рассвете", а в последнее время, в связи с выходом русского перевода «Accelerando», о нем опять заговорили. Решила составить представление. Прочла "Бродячую ферму", влюбилась; продолжила "Антителами", ничего не поняла, возненавидела автора (а кому понравится чувствовать себя тупым?) Стросс весь такой, весь качели от понимания и радостного осознания: вот блин, как мудрено закрутил мужик, а я поняла — мы с ним классные ребята, до: чё за пургу он несет, нифига не понятно.

И поскольку в случае дебютного романа английского фантаста маятник читательских ощущений стремится скорее к нижней отметке, потому что очень трудно понять, думаю — нужно объяснять. Нет, не считаю себя самой умной, но в каждого положен свой талант. Мой — оценивать тексты, среди составных частей которого умение извлекать из прочитанного максимум смысла и видеть возможно более целостную картину. А в данном конкретном случае уже в заглавии (Технологическая сингулярность — момент, когда технический прогресс станет настолько быстрым и сложным, что окажется недоступным пониманию) заложена необходимость помощи в понимании.

Итак: время действия XXV век, но техногенных и каких бы то ни было иных катастроф, о которых упорно предупреждают экологи, социологи и футурологи не случилось. Потому что в двадцать втором, когда численность населения Земли превысила десять миллиардов и перенаселенность стала критической, явился Эсхатон и решил проблему. Расселив, абсолютное большинство популяции по терраформированным планетам, с условиями жизни в большей или меньшей степени близким земным. Через найденные им пространственно-временные червоточины, природы которых земная наука не постигла и к двадцать пятому веку Поселенцам были даны "рога изобилия", фабрикаторы любых товаров, при разумном использовании долженствующие обеспечить создание постиндустриальной высокотехнологичной экономики.

При неразумном, например, попытках создания ядерного оружия, вместо развития пищевой промышленности, колония, как правило, не переживала первого голода. Единственное условие, которое сверхинтеллект поставил людям — ни при каких условиях не пытаться создать технологии, нарушающие принцип каузальности. С русского на понятный — эксперименты со временем и причинно-следственными связями. Кара следует незамедлительно и она страшна. Провинившийся мир аннигилируется (нет, население чаще всего успевают эвакуировать, но в лучшем случае оказаться беженцем зная, что твой дом уничтожен, никому не улыбается, правда?)

Колониальная топонимика, как правило, совпадает с земной — из какого региона большинство переселенцев, тем городом и называют мир: Новая Москва, Новый Дрезден. О языке отдельно ничего не говорится, предположу, что земные с вариациями. Каузальность во главе угла не пустой каприз.

Эсхатон, происходя от нас, существует в будущем и любые неосторожные или злонамеренные действия с причинно-следственными связями несут прямую угрозу его существованию. И угрожают спасенному им миру. Земля, естественно взявшая на себя роль метрополии, создает Организацию Объединенных Наций, с теми же примерно функциями и полномочиями, что ее сегодняшний прообраз. Одновременно среди людей есть глаза и уши Эсхатона, засекреченные агенты, которые следят за выполнением третьего принципа.

Это была вводная, которая сделает книгу понятной. Потому, когда на маленький, глубоко провинциальный и застрявший в феодализме мир ссыльных Рохард, прибывает Фестиваль, это становится угрозой всему человечеству. Фестиваль — это падающие с неба штуковины, наподобие сотовых телефонов, которые просят развлечь их любой историей (своя найдется даже у самого скучного человека), взамен обещая исполнение трех любых желаний. Даже самых фантастических. Престарелый герцог, например, оторопев, и не до конца веря, попросил молодости, друзей, и кое-чего еще, чего может хотеть мальчишка в первом приливе возвращенной молодости.

Понимаете теперь, в чем опасность Фестиваля? Еще не до конца? Хорошо, тогда представьте мир, в котором желания каждого тотчас исполняются. Нет, даже не в том смысле, что мужик с гусыней, несущей золотые яйца, через неделю умрет от лучевой болезни, потому что преобразователь материи на ядерной энергии фонит как реактор (подавляющее большинство чудес фестиваля с такими сюрпризами). Но главным образом потому, что это нарушает принцип, правильно — каузальности. И следовательно, мир должен быть распылен.

От головной планеты, Нового Петербурга, мощной тирании, строгостью порядков напоминающего Республику времен террора, к Рохарду отправляется корабль "Полководец Ванек",на борту которого, помимо беременного адмирала (а чего, там равноправие и мужчины тоже рожают) и команды находится представитель ООН землянка Рашель Мансур, спецагент, чивоуштам, с имплантированными навыками супербойца, правда за применение в течение минут приходится расплачиваться сутками абсолютной беспомощности, а также Мартин Спрингфилд, инженер и тайная креатура Эсхатона.

Вот, теперь можете читать, все вам будет понятно.

chto-chitat.livejournal.com

Добавить комментарий