Поиск

Зарядье: еврейское гетто в сердце Москвы


1
Обратите внимание на Звезды Давида: здесь находилась первая в Москве синагога.

То, что на территории исторической России, или «Великороссии», никогда не было еврейских погромов, в принципе, уже никем не оспаривается. Все тысячи еврейских погромов, которыми печально прославилась Российская Империя, произошли на территории ныне независимых Польши, Украины, Белоруссии и государств Балтии. Но пытающиеся обвинить русский народ в коллективном антисемитизме выдвигают новый тезис — тезис о том, что вне «черты осёдлости», якобы, евреи в Российской Империи не жили. Вот, в опровержении этого, насквозь лживого утверждения, мой нынешний пост.
Мало кто знает, но в Москве, как и во всех нормальных европейских городах, тоже было своё еврейское гетто. И располагалось это гетто не где-нибудь на задворках Белокаменной, а прямо под стенами Кремля, этого сакрального символа русской государственности.
Это — Зарядье, второй по древности, после Кремля, район Москвы, который полвека назад был снесен ради архитектурных экспериментов товарища Сталина. Сегодня район Зарядья вновь представляет собой поле для архитектурных упражнений — только теперь на месте снесённой гостиницы "Россия" был построен не футуристический небоскреб, а современный ландшафтный парк. Был даже объявлен конкурс на лучший проект парка — шесть лучших, по мнению жюри, проектов были выставлены на суд публики в Музее архитектуры Москвы. Из числа этих шести работ был выбран и победитель — проект американских дизайнеров.

1
Вид на Зарядье. Начало ХХ века.

Еврейское гетто появилось в Зарядье не сразу. Вообще-то, во времена Средневековья это был довольно престижный район — Зарядье это один из древнейших посадов города, возникший возле главной Речной пристани на Москва-реке. В XVI — XVII веке этот район был довольно плотно застроен богатыми каменными зданиями, но к концу XIX века от былой роскоши остались одни воспоминания – например, в виде каменных палат бояр Романовых, сохранившихся и до наших дней.

Но потом случилась Отечественная война 1812 года, и древний посад практически полностью выгорел. Новые жильцы уже были людьми попроще — это были мастеровые люди, грузчики, работавшие на пристани, купцы, приказчики, трактирщики. Попроще стала и застройка — теперь здесь строили не особняки, а двух- и трёхэтажные каменные дома, в нижних этажах которых находились лавки и склады, а верхние были жилыми. «Несмотря на то, что владельцами домов были известные богачи, — писал краевед Петр Сытин, — сами они не жили в этих домах, которые были построены специально для сдачи мелкому ремесленнику или служащему люду».

1

Московский путеводитель, изданный в начале XX в., предупреждал читателя: «Стоит только спуститься по одной из лестниц, идущих от Варварки, вниз по направлению к той стене Китай-города, которая примыкает к Москве-реке. Из кварталов европейского типа вы сразу попадаете в трущобный мир старой Москвы. Тут все характерно: и грязные кривые переулки, и двухэтажные, с обсыпавшейся штукатуркой, жалкого типа домишки, сплошь облепленные примитивными вывесками».

1
Обратите внимание на Звезды Давида: здесь находилась первая в Москве синагога.

В Зарядье находилось и Глебовское подворье — единственное место в Москве, где в старину дозволялось останавливаться в Москве еврейским купцам.

В 1826 году московский генерал-губернатор князь Голицын разрешил купцам из Шклова и Орши приезжать в Москву на ограниченное время и останавливаться в указанном месте. На территории Зарядья, в Знаменском переулке, находился двухэтажный дом, принадлежавший действительному статскому советнику Глебову, получивший по имени хозяина название — Глебовское подворье. Владелец, ослепший в конце жизни, отказал в завещании свою недвижимость городской управе, указав непременное условие: все доходы по использованию подворья должны передаваться на содержание глазной больницы. Двухэтажный дом с длинным холодным коридором по указанию генерал-губернатора князя Голицына был определен для приезжих еврейских купцов, которые должны были останавливаться только в этом месте. Было выпущено и предписание, чтобы «приезжающие в Москву евреи в публичных местах и на улицах не показывались в непозволительной одежде».

1

1

Типичное гетто.

1
На заднем плане — Глебовское подворье.

С 1856 года приезжим евреям было разрешено повсеместно селиться в Москве, но Глебовское подворье на протяжении долгих лет продолжало быть центром национальной жизни еврейской общины. Прибывавшие в Москву даже на ограниченное время евреи вносили в жизнь города национальные элементы: они ревностно придерживались кошерной пищи, привозили из родных мест резника, одна из комнат подворья была превращена в молельню. Купцы привыкали к московской жизни, были в курсе городских новостей.

1

К концу семидесятых годов XIX века вблизи Глебовского подворья появилась и первая в Москве синагога. Это было очень важно: те евреи, кто служил в Первопрестольной в армии более 15 лет, имели право на семейную жизнь, и купцы вместе с товарами привозили в Москву девушек из бедных еврейских семей. «Времени на ухаживание не было, — писал историк Самуил Вермель. — Очень быстро составляли брачный договор, в молитвенном зале ставили «хупу», раввин благословлял молодых, служилый становился семейным человеком, а его жена и дети получали право на жительство в Первопрестольной; их внуки называли себя коренными москвичами».

1

И вскоре Зарядье превратилось в настоящий островок еврейского гетто в Москве. Стояли одноэтажные дома с вывесками: «Часовщик Анцелович», «Булочник Дроздонс», «Фабрика гарусной тесьмы Э. Бенньямисона»; в больших комнатах жилых помещений устраивали молитвенные залы; к субботе и праздникам женщины пекли струдель, яичные коржики, в минуту отдыха ласкали детей, щипая за щеки, произносили необходимые слова, оберегавшие от дурного глаза, и пели грустные колыбельные песни».

1

О жизни евреев в Зарядье мы читаем на страницах прессы; корреспондент газеты «День» подробно описывает колорит национальной жизни: «У нас на самом деле существует „китайская стена“, окружающая наше московское гетто — Зарядье. Здесь скромно приютилась в тесных, серых, грязных помещениях большая часть нашего еврейского населения. Евреи как будто сроднились с этой местностью, и русское население, так сказать, с ним сжилось и свыклось, не питая к ним никаких недружелюбных чувств. Еврейское население Зарядья состоит из мелких торговцев и ремесленников; слепая приверженность к старине, та же бедность и нужда с мелочными заботами, как в наших голодных северо-западных губерниях».

1

1

«Зарядье в начале 70-х годов прошлого столетия наполовину было заселено евреями,- писал краевед Иван Белоусов в своей книге «Ушедшая Москва». — Некоторые переулки представляли собой в буквальном смысле еврейские базары, ничем не отличающиеся от базаров каких-нибудь захолустных местечек на юге, в черте оседлости. Торговки-еврейки со съестными припасами и разным мелким товаром располагались не только на тротуарах, но прямо на мостовой. По переулкам были еврейские мясные, колбасные лавочки и пекарни, в которых к еврейской пасхе выпекалось огромное количество мацы. При мясных лавках имелись свои резники, так как по еврейскому закону птица или скот должны быть зарезаны особо посвященными для этого дела людьми — резниками. Много было в Зарядье и ремесленников-евреев; по большей части они занимались портновским, шапочным и скорняжным ремеслом».

1
Дом с "галдарейками". Ершов переулок, дом 7.

Иван Белоусов писал: «Жили евреи, мелкие торговцы и ремесленники, снимая комнаты, в домах известных домовладельцев, которые строили дома для сдачи, и тип построек был самый экономный; для того чтобы уменьшить число лестниц и входов, с надворной части были устроены длинные галереи, или, как их называли, „галдарейки“, в каждую квартиру вел только один вход. На „галдарейках“ в летнее время располагались мастеровые со своими работами; а сапожники сидели на „липах“ и стучали молотками, евреи-скорняки делали из польских — камчатских бобров или сшивали лоскутки меха, хозяйки выходили со своим домашним шитьем, около них вертелась детвора».

1
"Галдарейки"

Перед праздником Пасхи набережная реки у спусков к воде наполнялась еврейскими женщинами, моющими посуду.
По закону, стеклянная посуда, употребляемая на Пасхе, должна была три дня пролежать в воде; но в то время, которое я помню, этого не делалось, а просто ходили на реку и там мыли посуду.
Медная и железная посуда очищалась огнем, а фарфоровая, глиняная и деревянная совсем уносилась из дома и убиралась в сараи. У более богатых людей этот сорт посуды к каждой Пасхе заменялся новой.
Женщины-еврейки в этой церемонии не принимали никакого участия, они даже и вообще не принимали участия в богослужениях в синагогах.
Праздники евреями соблюдались очень строго, никакой торговли и работы в эти дни не было; с вечера пятницы шумное, суетливое Зарядье затихало — переулки были пустынны. В каждом доме приготовлялся ужин, за который усаживалась вся семья; на столах в особых высоких подсвечниках горели свечи, зажигаемые только в праздники. Ужинали, не снимая картузов; так молились и в синагогах.
Если какой-нибудь русский из любопытства заходил в синагогу, его просили не снимать картуза.
Днем в субботу сидели дома, с утра читали священные книги, а к вечеру шли гулять. Излюбленным местом прогулок был Александровский сад.
В дни «Кущей»[прим.], после осеннего праздника, когда евреям по закону нельзя было принимать пищу в закрытых помещениях, — строились временные, из легкого теса длинные сараи, покрытые вместо крыши ветвями елок, так что сквозь них было видно небо.
Принятие пищи в этот праздник евреям дозволялось только вечером — после заката солнца. И вот в эти сараи-кущи собирались со всего дома для вечерней трапезы все жильцы-евреи.
Богатые евреи имели в своих квартирах особые помещения, над которыми в праздник «Кущей» раскрывалась крыша и отверстие застилалось ветвями ельника.

[Прим:]Осенний праздник Суккот, во время которого во дворах домов строят шалаши.

1

1

«Жизнь здесь течет крутая и суровая, — писал местный уроженец Леонид Леонов, ставший в советские времена довольно известным писателем. — В безвыходных каменных щелях дома в обрез набилось разного народу, всех видов и ремесел: копеечное бессловесное племя, мелкая муравьиная родня. Окна в дому крохотные, цепко держат тепло. Голуби живут в навесах, прыгают оравами воробьи. Городские шумы и трески не заходят сюда, зарядцы уважают чистоту тишины. Глухо и торжественно, как под водами большой реки. Только голубей семейственная воркотня, только повизгивающий плач шарманки, только вечерний благовест».

1
Храм Николы Москворецкого появился на месте, где Москва встретила принесенную из Вятки икону Николы Великорецкого.

1

Другой Никола — Мокрый — был построен у речной пристани, которая отличалась сыростью и частыми наводнениями, что и послужило причиной названия храма. Возможно, дело и в иконе, где Никола предстает с младенцем, спасенным из вод Днепра. Оба храма сломали.

1
Храм Николы Мокрого в 30-е годы был закрыт и разрушен.

1
Дом возле храма Николы Мокрого.

1
Мокринский переулок.

1
Мокринский переулок, дом 7.

1
Мокринский переулок у Набережной

Мокринский переулок — бывшая Великая улица, впервые упомянутая в XV столетии, но существовавшая еще раньше. Великая связывала первоначальный город (Кремль) с главной московской пристанью — тысячелетним центром речной коммуникации, определившим место самой Москвы на карте страны. Трасса Великой улицы была сохранена даже при строительстве гостиницы “Россия”: ее стилобат примерно соответствовал северной линии уличной застройки. Перспективу исчезнувшей улицы до сих пор «держат» на западе — колокольня Ивана Великого и на востоке — церковь Зачатия Анны, что в Углу.

1
Церковь Зачатия Анны, что в Углу (Москворецкая наб., 5). Впервые упомянута в летописи 14 века.

1

1
Мытный двор. Здесь когда-то стояла царева Мытная изба, где взимали дань со всех прибывавших товаров, отечественных и заморских.

1
Мытный двор.

1
Мытный двор.

1

Дом корабль в Зарядье — это, наверное, самый большой и самый известный дом с галереями, который существовал в Москве. Это одно из интереснейших зданий такого плана. Тут, экономия в итоге стала изюминкой дома, она его и прославила. Тут галереи украшены коваными заборчиками и держателями крыши в стиле модерн. И, прекрасные мостики между галереями придают удивительного колорита этому дому.

1
"Дом-корабль". Кадр из фильма С. Эйзенштейна "Стачка".

1
Елецкий переулок.

1
Елецкий переулок, дом 8.

1
Елецкий переулок, дом 5.

1
Елецкий переулок.

1
Перекресток Елецкого переулка и Знаменского.

1
Знаменский переулок.

1
Ершов переулок.

1
Зарядьевский переулок, дом 4.

1
Зарядьевский переулок, дом 6.

1
Зарядьевский переулок.

1
Зарядьевский переулок, дом 8.

1
Кривой переулок.

1
Кривой переулок.

1
Псковский переулок, дом 5.

1
Псковский переулок, дом 5.

1
Псковский переулок.

1
Псковский переулок.

1
Старый Романовский двор.

1
Китайгородская стена. Вид со стороны Зарядья.

1

1

Дома подходят к Китайгородской стене так вплотную, что из окон второго этажа можно выходить прямо на боевой ход древней крепости. Как писал незадолго до ее сноса архитектор Н.Д. Виноградов: «Слой земли прикрывает стену настолько, что на ней растут деревья, а жители смежных дворов сажают на ней цветы».

1
Арка Проломных ворот Китайской стены.

1
У Проломных ворот.

1

Через Проломные ворота можно выйти на набережную, протянувшуюся вдоль длинной и невысокой Китайгородской стены. До революции стена была обстроена ампирными лавками и лабазами. В 1920-х, незадолго до сноса, стену успели отреставрировать, одновременно разобрав лабазы. Прежде оживленная набережная превратилась в немноголюдный проезд.

1
Пристань возле Зарядья.

1
Так Зарядье выглядело в 1931 году.

1
Начинается снос Зарядья.

1

В 1933 году состоялся конкурс на проект Дома Наркомтяжпрома, для которого отводился участок на месте современного ГУМа. На Красной площади намечалось создание колоссального административного здания , которое должно было стать символом новой индустриальной эры.

1
Братья Веснины выступили с предложением выстроить сооружение из 4 одинаковых , связанных между собой переходами башен высотой 160 м.

1

От строительства Дома Наркомтяжпрома на Красной площади в 1934 отказались. Но по утвержденному в 1935 году Генеральному плану реконструкции Москвы для него отводилось место поблизости — территория Зарядья. Лишенная архитектурного ограничения Красная площадь превращалась в необъятное пространство, на которое во всей полноте раскрывалась грандиозная композиция 27-этажного Дома Наркомтяжпрома, спроектированная под руководством Мордвинова.
1

Но лучшим Правительственная комиссия на конкурсе 1936 года признала проект братьев Весниных, спроектировавших выразительную , звездообразную 32-этажную башню, соединенную с 10-этажным корпусом общественного назначения. Но реализации этого проекта помешала война.

1

После того как в 1947 году было принято постановление о строительстве высотных зданий, призванных возродить утраченную выразительность силуэта Москвы, в Зарядье было запроектировано 32-этажное административное здание по проекту Чечулина. На расчищенной от застройки территории Зарядья был заложен могучий фундамент. Однако, проект так и остался неосуществленным, хотя был построен стальной каркас до восьмого этажа (позже он был частично использован при строительстве Центрального стадиона в Лужниках.

В 1962-1969 годах на его месте по проекту Чечулина была построена гостиница «Россия». И в начале 1960-х остатки Зарядья доломали окончательно.

1

1
Гостиница «Россия».

1
2013 год: все, что осталось от гостиницы «Россия».

1
Победитель конкурса застройки Зарядья — проект американского бюро Diller Scofidio + Renfo, авторов парка High Line в Нью-Йорке.

В презентации проекта сказано: «проект парка «Зарядье» основан на принципах ландшафтного урбанизма, который создает понятную систему взаимодействия между природой и городом. Людям не навязываются определенные маршруты, а растения могут расти свободно. На территорию парка перенесены 4 характерные для России ландшафтные зоны: тундра, степь, лес и болота, которые спускаются террассами с верхнего уровня участка к его нижней части, с северо-востока на юго-запад. Они пересекаются между собой, наслаиваются друг на друга и заключают в себя основные объекты парка. Использование технологий устойчивого развития позволяет создать искусственный микро-климат в разных частях парка: с помощью регуляции температуры, управления ветром и имитации естественного света«.

1

Между тем, дизайн парка уже вызвал споры в среде столичных историков и краеведов. «Победивший проект, как и другие проекты-лауреаты, не могут быть реализованы без серьезной корректировки, — говорилось в заявлении Общественного движения «Архнадзор». — Решение, предложенное американскими проектировщиками и одобренное российским жюри, совершенно не учитывает факторов исторического развития Зарядья, его роли в системе градостроительного ансамбля центра Москвы, визуально-ландшафтных связей с соседними историческими районами. Такой проект может быть реализован в любом другом месте, а квартал у стен Московского Кремля требует более вдумчивых и ответственных подходов.

Проект-победитель, впрочем, как и все остальные, совершенно игнорирует исторические владения сохранившихся архитектурных памятников Зарядья. Так, владение бывшего Знаменского монастыря на Варварке, 8 в советское время сокращено на треть. Проектировать сегодня улицу (тундру, тайгу, степь) под стенами монастырского собора 17 века — значит продолжать дело проектировщиков 1960-х, окруживших монастырь подъездным пандусом. Старый Английский двор (Варварка, 4, филиал Музея истории Москвы) был именно двором; однако современное владение музея не простирается дальше линии проезда, спроектированного при строительстве гостиницы “Россия”. Никто из проектировщиков не помышляет о восстановлении исторического участка знаменитого памятника, фасад Английского двора XVI-XVII веков вновь оказывается на линии никогда не существовавшей улицы.

Источники:
http://oppps.ru/evrejskoe-getto-u-sten-kremlya.html
https://chulga.livejournal.com/94084.html

foto-history.livejournal.com

Добавить комментарий