Поиск

«Морской старт»: возвращение блудного космодрома


На Дальнем Востоке, порту Славянка, у списанных плавучих доков и стареньких буксиров, над серыми пятиэтажками инопланетной белоснежной громадой возвышается «Морской старт». Плавучий стартовый комплекс космических ракет состоит из двух судов Sea Launch Commander и Odyssey. Более двадцати лет своей активной жизни они провели неподалеку от Лос-Анджелеса, а сейчас вернулись домой.
«Морской старт» можно считать историческим наследником программы «Энергия-Буран». Хотя напрямую они не связаны, но занимались созданием плавучего космодрома во-многом те же специалисты. Идея запускать ракету из самой географически подходящей точки на Земле — акватории Тихого океана в области экватора — понравилась многим и в консорциум вступили российская РКК «Энергия» (25%), норвежский производитель нефтяных платформ Kvaerner (20%), украинские КБ «Южное» и ПО «Южмаш» (15%), и американский Boeing (40%).

Основным источником средств выступал Boeing, остальные же участники больше вкладывались технологиями и работой. Для американцев интерес был двойной: с одной стороны загрузить работой постсоветских ракетчиков, чтобы они не разъехались по Иранам, Северным Кореям и прочим «дружественным» Америке странам; с другой — США было нужно более дешевое средство запуска тяжелых геостационарных спутников чем Space Shutlle.

Проект стартовал в 1995 году, и в 1999 состоялся первый успешный пуск демонстрационной «болванки». Место запуска из Тихого океана выбрано по трем причинам:
— с экватора наименее энергозатратны запуски на геостационарную орбиту телекоммуникационных спутников, т.к. не приходится тратить топливо на изменение наклонения орбиты;
— пуску с экватора дополнительно помогает осевое вращение Земли, добавляя около 150 м/с скорости или около 3% экономии массы топлива, по сравнению с Байконуром;
— после старта отработавшие ступени ракеты падают в океан, и не надо тратиться на их утилизацию.

Морской старт требовал уникальных технологий, ведь в относительно компактных масштабах пришлось разместить монтажно-испытательный комплекс, заправочную систему, наземную станцию управления, Центр управления полетом, и стартовый стол. Причем всё это для ракеты тяжелого класса. Всё это на обычных космодромах занимает сотни гектар, а тут распределяется между судном обеспечения Sea Launch Commander длиной 203 м, и пусковой платформой Odyssey длиной 133 м. Но всё равно это получились колоссальные конструкции, масштаб которых сложно оценить по фотографиям.

Юридически там тоже была непростая схема. Компания Sea Launch была американской, но её долями владели участники проекта из разных стран. Требования Госдепа США о нераспространении технологий относились к этому проекту, несмотря на мир, дружбу и жвачку между американцами и постсоветскими странами. Головной частью ракеты занимался Boeing и она доставлялась в порт уже в полностью собранном и капсулированном виде — чтобы российские и украинские пусковые команды не могли заглянуть под обтекатель. Ракета использовалась украинская — «Зенит-3» в «морской» модификации. Разгонный блок — российский ДМ от РКК «Энергия», также на «Зените» использовались российские двигатели РД-171.

Все компоненты: американская головная часть с полезной нагрузкой, российский разгонный блок и украинская ракета собирались в порту Лонг Бич в трюмах Sea Launch Commander. Там же готовая к пуску, но незаправленная ракета перегружалась на Odyssey, после чего проходил сухой вывоз и установка ракеты — для последних проверок.

Успешно проведя «репетицию» платформа прятала ракету в ангаре и своим ходом отправлялась в море. Командный корабль догонял платформу через несколько дней. На точке пуска проходили последние приготовления, заправка, и команда Odyssey переходила по трапу на Commander.

Несколько человек, которые завершали предстартовую подготовку, перемещались уже вертолетом. Поэтому площадки на обоих кораблях — производственная необходимость.

Предпусковая подготовка ракеты выполнялась в автоматическом режиме, и следовал старт.

Далеко не все пуски проходили успешно. Из 36 стартов было три аварии, причем одна прямо на стартовом столе.

От взрыва никто не пострадал, но корабль пришлось почти год ремонтировать. Ещё через год компания подала на банкротство. Трехмиллиардные инвестиции не окупались, у США появились свои тяжелые ракеты благодаря программе EELV, и спрос упал. Бизнес-план «Морского старта» предполагал не менее четырех пусков в год, но удалось такое только три раза. Последний пуск состоялся в 2014 году после чего любое сотрудничество России и Украины в космосе стало невозможным.

После банкротства 2009 года проект перешел практически в полную собственность РКК «Энергия», но долг перед Boeing в $330 млн оставался. За эту юридическую «спецоперацию» тогдашний глава РКК «Энергия» Виталий Лопота получил уголовное дело и сейчас находится под подпиской о невыезде.

В 2016 году проект выкупила российская частная компания S7 Space, а долги перед американцами компенсировал Роскосмос. За счет российского госбюджета астронавтам NASA предоставили дополнительные места в российских космических кораблях «Союз». Подробнее я уже рассказывал.

Всё это время пара кораблей базировалась в порту Лонг Бич в Калифорнии. S7 Space попыталась деполитизировать российско-украинско-американский космический проект с помощью сборки ракет там же в порту, но не справилась с этим. Производство «Зенитов» восстановить не удалось, а запускать другие ракеты не давал Госдеп США. Ситуация серьезно усугубилась после гибели в авиакатастрофе совладелицы группы компаний S7 Наталии Филёвой. Окончательно подкосил российского авиа-космического частника коронакризис, который сильно ударил по основному бизнесу компании.

Главное достижение S7 Space — транспортировка пусковой платформы и командного судна в российский порт — Славянка, под Владивостоком. Но за этот заплатить пришлось не только деньгами.

Главная потеря — часть радиоэлектронного и пускового оборудования плавучего космодрома. Американское правительство потребовало, чтобы американская техника осталась на родном берегу, и украинская тоже. Глава Роскосмоса так описывал потери: «перед его передачей компании S7 все оборудование управления космическим пуском буквально «с мясом» было выдрано».

Были слухи, что к плавучему космодрому присматривался Росатом, и оценил восстановление в $1,2 млрд Но официального подтверждения не было. Позже вице-премьер Юрий Борисов озвучил планы правительства: «Морской старт» восстанавливается за бюджетные средства в размере примерно $0,5 млрд, Роскосмос создает ракеты «Союз-5» и «Союз-6», S7 Space продолжает участие в частно-государственном партнерстве. Возможно какое-то участие примет и Росатом.

В сентябре 2020 года уже российский космодром «Морской старт» впервые показали журналистам и блогерам.

Первое, что поражает — это масштаб. Корабли огромны, особенно для тех, кто не привык к таким размерам.

С пирса даже широкоугольного объектива не хватает чтобы охватить взглядом хотя бы одно судно.

Второе — диссонанс между ухоженными, хоть и не самыми современными кораблями Sea Launch, и окружающей приморской действительностью. Серые безлюдные цеха, с выбитыми стеклами и эко-крышами, поросшими молодым тропическим лесом. Брошенные умирать плавдоки, и корабли, которые если и выйдут в море, то только на резделку.

И над всем этим возвышаются капитанские рубки Odyssey и Sea Launch Commander. И сразу хочется их спасти, дать новую жизнь и работу, чтобы они не поросли той же ржавой плесенью и безнадегой, которая царит вокруг. Поэтому туда и возят представителей правительства, Роскосмоса и общественности — никому не захочется, чтобы такое чудо техники смешалось с местным ландшафтом.

Многих журналистов и блогеров интересовали те самые места на кораблях разоренные «когтями американских ястребов». Но их-то и не показали, чтобы не портить впечатление. Зато проводили на верхнюю палубу командного судна.

Кают-компанию.

Командную рубку.

Важное технологическое оборудование управления пуском.

Место капитана напомнило что-то из Star Trek.

На вертолетном ангаре из окон видны логотипы спутников, которые запускались Sea Launch.

Монтажно-испытательный трюм.

Сейчас это просто склад для оборудования, которое «эвакуировали» из США. Например этот контейнер от разгонного блока ДМ.

Крестовую отвертку под этот винт я так и не нашел.

Хотя, на самом деле, это крепления для найтовки груза.

Следующий на очереди посещения — стартовая платформа Odyssey.

Необычная конструкция под рубкой управления — устройство перегрузки ракеты из командного судна в пусковое.

И тут кроется ответ на один из вопросов относительно эффективности всего проекта: можно ли было производить несколько пусков за один выход в океан? Ответ — нет. Передача ракеты из одного корабля в другой возможна только в порту, и даже там выбирали спокойную погоду и утреннее время чтобы избежать заметной качки.

После перегрузки, ракету закрепляли в лежачем виде на подъемном устройстве, и так, в закрытом ангаре, проводили транспортировку.

Любопытно, что парой лет ранее я побывал на «Атоммаше» где делали этот подъемник, а сейчас производят корпуса атомных реакторов. О своем вкладе в космонавтику там до сих пор помнят и гордятся.

IMG_6777.jpg

Наконец, апофеоз экскурсии — стартовый стол.
Газоотводный канал, который принимал струи всех 36 ракет, которые отсюда стартовали. Необычные «клыки» в канале — это система охлаждения пламяотсекателя и гашения аккустических волн. Через них подается пресная вода, которая снижает нагрузки на конструкцию стартового стола.

На «дне» газоотводного канала — пламяотсекатель, который делил напополам, отклонял под прямым углом ракетную струю и не давал ей возможности ударять в океанскую воду. Судя по всему, это было необходимо чтобы не давать возмущений на поверхности воды и чтобы газ ракетной струи не прилетел обратно в сопло двигателя.

Вот так эта часть конструкции выглядит со стороны.

В момент включения ракетного двигателя видно как гигантские струи пара разлетаются в стороны из-под стартового стола.

Совсем неподалеку — емкости хранения жидкого кислорода. Обычно они защищаются от ракетных газов небольшим заслоном.

Удивительно, но эти баки не только не повреждаются нормально стартующей ракетой, но остались практически целы после взрыва «Зенита».

Кабель-мачта. (А-образные элементы, расставленные по всему столу — это опоры для корабля на случай его установки в сухой док).

Наконец, ответы на самые важные вопросы:

Может ли космодром совершать пуски сегодня, если будет ракета?
Нет, не может из-за удаленной американцами электроники и украинских стартовых систем.

Что из электроники удалено и требует замены?
Системы радиосвязи между двумя судами. И это не только рации для переговоров между экипажами. Это практически вся командно-телеметрическая система, передающая информацию между ЦУПом и стартовым столом вместе с ракетой. Такая система есть на каждом космодроме, но, как правило — это кабельная сеть. На «Морском старте» была дистанционная, и её уже нет.
И это еще не всё. Вторая жизненно-необходимая система — позиционирования, без которой невозможно идеально точно поставить два гигантских корабля рядом в центре океана. Такое позиционирование необходимо для перехода экипажа с пускового судна на командное перед стартом.

Если же задаться целью перегрузки ракет в открытом море, то задача станет на порядок сложнее, хотя и значительно повысит эффективность космодрома.
Наконец, третья часть, которую в любом случае пришлось бы менять — это системы подготовки космических аппаратов к старту.

Способна ли Славянка обеспечить «Морской старт» в режиме работы активного космодрома?
Нет, нужна новая теплоэлектростанция, а для неё нужно тянуть газ в Славянку. Тут можно рассуждать об улучшении уровня жизни в поселке после прихода газа, мне же подумалось, что эта задача — подходящее применение для плавучей атомной электростанции Росатома.

Сможет ли «Морской старт» конкурировать со SpaceX?
Нет, не сможет. Однозначно. Нынешняя политическая и экономическая ситуация в мире ставит крест на всех надеждах добиться прибыльности российских космических ракет на мировом рынке, с какого бы космодрома, какая бы ракета ни запускала. Когда SeaLaunch был американским оставалась надежда, что его получится использовать для обхода ограничений Пентагона, но сейчас уже никак. Поэтому впереди только госзаказ, и редкие заказы третьих стран, которые не боятся американских санкций.

Зачем тогда вообще нужен России «Морской старт»?
Да, прост. Крутая же штука, жалко резать на металлолом.
А если серьезно, то это прежде всего хороший имиджевый проект. Красивый и романтичный, хоть и бесполезный для экономики, как город на Марсе. Для Роскосмоса он дает ряд косвенных выгод — это дополнительный удобный повод перейти на новые ракеты «Союз-5» и «Союз-6», и сэкономить на строительстве стартовой площадки для них. А ракеты эти, в свою очередь, нужны чтобы дать работу химкинскому «Энергомашу», который двадцать лет держался продавая двигатели украинским «Зенитам» и американским Atlas V, и находится под угрозой остаться совсем без работы через год-два. Нынешняя «рабочая лошадка» Роскосмоса «Союз-2» прекрасная ракета и эстетически и технически, но двигатели для неё производит предприятие Ростеха, т.е. «вне контура», что выводит часть бюджетных средств на сторону от Роскосмоса, это его не устраивает. Также «Союз-5» и «Союз-6» — это элементы проектируемой Роскосмосом лунной ракеты, поэтому если будут летать они, то покорение Луны станет немного дешевле и реальнее, если государство-таки найдет средства на эту задачу.

Будет ли жить «Морской старт» и вообще российская космонавтика?
Да, но за наш с вами счет, дорогие налогоплательщики. Так, что обогащайтесь, господа, законопослушные граждане, обогащайтесь. Поднимайте ВВП и космос будет наш.

zelenyikot

Выражаю признательность пресс-службе Роскосмоса за помощь в подготовке фоторепортажа.

Поддержать мою работу можно репостом, подпиской на соцсети и материально через сервис Patreon или отечественный аналог «Спонср»</p>

zelenyikot.livejournal.com

Добавить комментарий