Поиск

КАВКАЗСКАЯ ВОЙНА: из прошлого в будущее, из настоящего в прошлое


Так сложилось, что тема Кавказской войны стала одной из ведущих в моей издательской деятельности. Организовав в 1992 году издательско-торговый центр «Эль-Фа», уже в скором времени я увидел каким повышенным спросом пользуется и литература о недавнем прошлом народов региона.
Впрочем, отнюдь не коммерческий интерес виделся в издании таких книг, а в желании собрать все лучшее, интересное, познавательное, созданное учеными, писателями, путешественниками о Кавказе. Ведь таких работ было создано множество, но в советское время практически все из них оказались забыты. Тем более, что в моей личной библиотеке имелось множество дореволюционных изданий. Оставалось только вернуть их современному читателю.

Отсюда родилась идея выпуска «КЛИО», которая в моей интерпретации подразумевалась не столько богиней истории, как серией книг Кавказский литературно-исторический Олимп. Предполагалось, что книги, включенные в «КЛИО», откроют широкой публике не столько новые имена, как неизвестный взгляд живших до нас на современную им историю, нравы, духовную культуру народов Кавказа.
Так как в 1994 году впервые в новейшее истории решено было отметить дату (130 лет) окончания Кавказской войны, то и начать серию я решил с переведенного известным кавказоведом В. К. Гардановым, но так и не напечатанного в силу идеологических препон труда «Горцы Кавказа и их освободительная борьба против русских». Само название, да и ее подзаголовок («Описание очевидца Теофила Лапинского (Теффик-бея), полковника и командира польского отряда в стране независимых кавказцев») во многом объясняет ее нежелательность для советской аудитории. Более того, несмотря на перестроечные времена после выпуска этой книги у меня возникло немало проблем: были и беседы с представителями соответствующих органов, и угрозы, исходящие от неизвестных доброжелателей. Но я придерживался и придерживаюсь как тогда, так и сейчас одной и той же позиции: находясь по разную сторону баррикад, происходившее можно трактовать по разному, но только суммируя все мнения удасться познать настоящую правду. Другой вопрос: понять и признать, или понять и не принять.
Кстати говоря, в том же 1994 году, к 130-летию, в серии «КЛИО» вышла еще одна книга о Кавказской войне: художественное произведение – повесть современного писателя Михаила Лохвицкого «Громовый гул».
За прошедшие десятилетия данная тема нашим издательством раскрыта практически всесторонне. Это и переведенная с английского языка работа Мухадина Кандура «Мюридизм. История кавказских войн. 1819-1859» (1996; и сборник повестей и рассказов русских писателей XIX века «Кавказский легион» (1996), и записки русского разведчика барона Ф. Ф. Торнау, побывавшего с секретной миссией в Черкессии (1999), и двухтомник В. Н. Немировича-Данченко (1998), в который вошли как исторические романы из времен Кавказской войны – «Рыцари гор», «Горные орлы», «Горе забытой крепости», так и очерки – в частности, «Мертвое поморье», потрясающий своей жестокой правдой.
В открытом нами в 1999 году собственном издательстве (Марии и Виктора Котляровых) осмысление Кавказской войны была не просто продолжено, а нашло свое отражение с разных сторон. В тридцатитомной серии «Кавказ» вышли следующие книги: «Край городой красоты» (2011) – переиздание знаменитой работы А. А. Каспари «Покоренный Кавказ»; «Народы. История» – врача-психиатра П. И. Ковалевского (2012), труды которого мы выпустили в книжном варианте первыми в России; «Черкессия» (2014) – о стране, которой нет на карте; двухтомник «В плену у горцев» (2013), в котором впервые собраны вместе воспоминания кавказских пленников.
И конечно же «Трагедия изгнания» (2014) – само название которой говорит о ее содержании. Позиция издателей по отношению к Кавказской войне, ее влиянию на современность четко отражена в редакционном предисловии.
Кавказская война до перестройки была практически неизвестна. Были даты, были обозначены заинтересованные государства, а именно Россия, Турция, Франция, Великобритания. Иной современник наш воскликнет: «А где же США?». Они были заняты собственным строительством – вели широкомасштабную войну с индейцами, коренными жителями, уничтожая племена и загоняя живых в резервации. Кинематограф щедро ознакомил мир с этими событиями, вызвав волну неподдельного сочувствия именно к индейцам, защищавшим естественное право на родные земли и традиционные занятия и верования.
Империи складывались веками, и Россия здесь не исключение. Прочитав собранные под этой обложкой сочинения разных авторов, читатель получит вполне объемное представление о причинах, периодах и ходе жестокой этой войны, ее многих последствиях как для державы, так и мирового расклада. Есть здесь и субъективизм, и попытки очернить других, героизируя свою роль в описываемых событиях. К счастью для человечества, всегда будут люди, которые постараются остаться людьми в любой ситуации и рассказать ту правду, которую они увидели. Здесь есть и они и та правда, которую надлежит знать всем. Знать, чтобы понимать, что и откуда берет начало, чтобы предвидеть, как под пеплом прошлого может возгореться огонь неприязни, недружественности, отчуждения и даже откровенной ненависти.
Прочтите страницы эти и содрогнитесь от боли и отчаяния погибших в той страшной войне, погибших не на поле брани даже, а от голода, эпидемий, равнодушия властей и воровства чиновников второй половины XIX века, без зазрения совести пожиравших деньги, отпускаемые на обустройство черкесов. На минуту представьте эти переполненные в десятки раз больше возможного небольшие турецкие суденышки, перевозившие мухаджиров (от арабского мухаджарет – переселение, изгнание, эмиграция) с Северного Кавказа в Османскую Турцию, становящиеся игрушкой штормов или штиля, ареной голода и жажды, хоронящих своих пассажиров по законам моря. Пройдитесь вместе с авторами этой книги по турецкому берегу, усеянному шалашиками из листьев и рваных палаток, посмотрите, что едят изгнанные с родины черкесы и в какие лохмотья одеты они, и вспомните, что места их былого обитания заросли кустарником и сделались пустыней взамен цветущих садов и благоухающих виноградников. Не побрезгуйте взглянуть на лежащие повсюду трупы и прислушайтесь к раздающемуся с разных сторон погребальному плачу, разве не слышится он сегодня из воюющей Сирии, где так много потомков тех самых мухаджиров?!
Обратите внимание на приводимый в исследовании А. Берже текст прокламации к черкесам турецкого эмиссара Мухамеда Насарета от 1 июня 1863 года: «Берите ваши семейства и все необходимые вещи, потому что наше правительство заботится о постройке для вас домов и весь народ наш принимает в этом деятельное участие. Если тяжебные дела задержат вас до весны, то по окончании их поспешите переселиться с таким же рвением, как предшественники ваши».
Вот чистой воды провокация с обещанием земного рая для единоверцев-мусульман, и таких приезжих эмиссаров в черкесских землях было немало. А слушали их доверчивые и достаточно наивные горцы, привыкшие жить по законам чести, которые верили и ожидали реальной помощи отовсюду, лишь бы избежать неволи под властью русского царя. Достаточно прочитать хотя бы записки европейца А. Фонвиля, чтобы представить себе всю грандиозность такого обмана и самообмана. Многочисленные факты письменных обращений из Турции с призывами потянуть время, затягивая партизанскую войну до прихода помощи от могущественных держав, содержатся в донесениях офицеров К. Гейнса и С. Духовского, которых никак нельзя назвать друзьями черкесов, но, ознакомившись с их мемуарами («Пшехский отряд…» и «Даховский отряд…»), понимаешь, сколь ценили они воинский дух и достоинство племен, с которыми им пришлось воевать. Понимаешь, как сложно было принять правильное решение людям, которых предавали не только чужие эмиссары, но очень часто собственные старшины, оговаривавшие исключительные права для себя за спинами соплеменников. Видишь, что ввергнутые в покорение вольных племен солдаты и офицеры все же сочувствуют горцам, отмечая великое бедствие этих людей и спекуляции на их проблемах.
Вернемся на наш черноморский берег. Там царят перенаселенность, паника и тот же голод и холод. Никаких минимальных условий для ожидания своей очереди на переправу к турецкому берегу. Ожидания, затягивающегося на месяцы! Ожидания, когда сама смерть уже есть избавление от невыносимых страданий духа и плоти. Это сегодня, по наблюдениям социологов, более половины населения земного шара хотели бы поменять место жительства, но в XIX веке покинуть родину, тем более горцам, было невыносимо тяжко и мучительно. Их использовали по соображениям выгоды все стороны, решающие за их счет политические, геополитические и иные амбиции. А можно же было, коль так важен был для укрепления южной границы этот кусок земли, именуемый Кавказом, постепенно и целенаправленно не только подчинить свободолюбивых горцев, но создать им такие условия жизни, при которых они стали бы лояльными к Российской империи. Такие проекты тоже были, но победила, как везде и всегда, немилосердная политика кнута и пряника. Изгнанию подверглись, по разным источникам, от 500 тысяч до полутора миллиона черкесов. Первым по свежим следам попытался подсчитать число переселившихся председатель Кавказской археографической комиссии А. П. Берже, который утверждал, что число горцев, выехавших в 1858–1865 годах с восточного берега Черного моря, составило 470 703 человека, а вместе с чеченцами – 493 194 человека. Хотя могут ли быть точными эти цифры, ведь помимо легального мухаджирства было и нелегальное, которое, разумеется, осталось вне внимания официальной статистики.
Прочтите эту страшную книгу с мыслью, что боль ее носит вселенский характер. Русскому человеку, а издатели книги именно русские, нелегко будет принять тот груз ответственности, который прилагается к понятии «отечественная история». Трагедия черкесов неотделима от истории России и затрагивает чувства всех ее народов, прошедших сложный путь к единому государству.
Порой слышим сегодня: «Россия без Кавказа!» и «Хватит кормить Кавказ!». Видим неких политиков и столичных журналистов, которые свысока, одним махом готовы решить все наши проблемы, а заодно, не задумываясь, низринуть Кавказ туда, откуда его не будет видно и слышно. Имперские привычки, к несчастью, живучи. Гражданское же общество раздроблено и пассивно, молчаливо или вяло наблюдает за происходящим. Каких трагедий нам еще следует ждать, чтобы обрести человеческую солидарность, национальное единство и демократию, чтобы сказать внятное «нет» тем, кто хочет использовать народы в качестве пешек в своей игре?..
Жизнь всегда будет прекрасным даром, а люди – вольными или невольными пешками в руках политиков, присвоивших себе право повелевать не только идеями, не только судьбами отдельно взятых людей и их сообществ, но и целых народов. Так было в древности, так обстояло дело в средние и новые века, и почти так происходит в новейшие времена. Войны омерзительны по своей сути, в процессе их ведения все стороны ожесточаются до крайности, и тогда происходит расчеловечивание личности, а это сказывается на судьбах их дальних потомков. Но так далеко редко кто заглядывает, а к мудрецам и даже пророкам всесильные правители, как правило, не обращаются, когда дело идет о приращении территории и господстве над иными народами.
Даже сейчас, когда существует гуманитарное международное право и законы, защищающие права человека, с высоких трибун время от времени звучит риторика об угрозе национальной безопасности могущественным державам, а на головы якобы угрожающим им гражданам даже не сопредельных стран (вспомним хотя бы Югославию и Иран) падают реальные бомбы и дома их становятся пепелищами. Сметаются как ненужные культурные и культовые объекты, выталкиваются к чужим границам несчастные беженцы, чьи жизни заботят лишь гуманитарные миссии да немногих совестливых правозащитников.
Эпоха колониальных захватов не осталась в прошлом, ее последствия заметны сегодня в провале политики мультикультурализма в Европе. Рост национального сознания и национальной самоидентификации среди народов бывшего СССР с неизбежностью обращается к прошлому своих народов и их взаимоотношениям с соседями. А здесь каждого ждет не только гордость и сопутствующая ей радость узнавания родового и кровного, но и страдание, порой немыслимая тяжесть, когда понимаешь, что не было мира бескровного, не было благостного единения, а все та же, как и везде, победа сильного над слабым и порабощение взамен имевшейся или обещанной свободы и процветания.
Николай Рерих как-то сказал, что всеми дорогами прошлого пройти невозможно. Но есть такие, которые не обойти, они существуют и требуют осмысления, точного знания всех поворотов, чтобы события, происходящие на этих путях, не ушли в дымку односторонней трактовки либо полного замалчивания. Особенно это важно, когда речь идет о войнах, таких, как Кавказская, ее последствиях, жертвами которых стали целые народы, жившие в тех временах и на тех территориях, где сталкивались интересы государств и обычных людей, весьма далеких от политических и иных притязаний воюющих сторон. Страдает сознание и историческая память их близких и дальних потомков, воспитанная на рассказах, мифах и стереотипах, составленных из политических или идеологических веяний того или иного периода.
Груз вины или обиды нередко превышает способность объективной оценки явлений не только далекого прошлого, но и современности. У каждого был и будет собственный оценочный аппарат, и это следует считать нормальным.

viktorkotl.livejournal.com

Добавить комментарий