Поиск

О диалогах в операционной — 288…


Кстати, а немца мы все-таки прооперировали. Немец нашему герою понравился, ибо первое, что сказал Алексей Романович, выйдя с беседы:
— Ну, бля (бля — это неопределенный артикль), здоров. Вот сойдись с таким бугаем в рукопашной в каком-нибудь сорок четвертом — с говном смешает… Разве что Карима Наильевича (это наш второй гинеколог, кстати, мастер спорта СССР по самбо в тяжелом весе) на помощь звать…
Наш герой был прав. Потому что проигрывал вероятному противнику сантиметров двадцать роста и килограммов тридцать веса.
Но немец Алексею Романовичу понравился. Во-первых, потому, что пришел с переводчиком, и даже присланный антифашистским подпольем опросник не пригодился. Во-вторых, потому, что со слов переводчика немного понимал по-русски и по-английски. А в-третьих… а в-третьих, потому, что на заданный через переводчика вопрос «Какова вероятность фатальных осложнений?» получил ответ «Нулевая».
Немец, понятное дело, чего-то залопотал и переводчик донес:
— Почему нулевая?
— Потому что иначе меня премии лишат.
Немец после перевода заржал и в обратном порядке до нашего героя донеслось:
— Я согласен, ваша премия неприкосновенна…

— Слышь, Клав, ты спроси его — не болит, не тошнит?
— Алексей Романович, я немецкий вообще никак не учила. Я его хуже вс знаю
— Клавдя, бля (бля — это неопределенный артикль), те немецкие слова, что я знаю, ему лучше не говорить. Он по-английски понимать должен. Я спрашивал, но не уверен в ответах. А ты английскую литературу изучала…
— Ла-а-адно… — и уже обращаясь к нашему гостю. — Мартин, ит’с о кей? О кей? Алексей Романович, нормально с ним все.
— Ну, ни хера себе. Так и я спросить мог.
— Не спросили же. А то приставали к человеку после наркоза со своими «пэйн» и «нозеа». Хрен он чего после наркоза поймет. Вот вы с похмелья по-английски заговорите?..

А Мартин нам в послеоперационной анкете пятерок наставил и благодарность на английском написал. Вот думаю, может он не все понял? nadie_escribe.livejournal.com

Добавить комментарий