Поиск

О пользе голодовок протеста…


10 лет назад…

Продолжение. Начало здесь

5 июня 2010 года (суббота)

Захотелось перемен. Радикальных. Монотонное однообразие арестантской жизни изрядно утомило. Жажда перемен сподвигла постричься. Наголо. Под бритву.

Там, где были волосы, кожа оказалась белой-белой. Голова выглядит очень несуразно в контрасте с хорошо загоревшим лицом. Ну и ладно. Волосы отрастут быстро. Надеюсь, что больше мне не придется стричься до самого освобождения.

***
Обезволосился я ближе к вечеру. А днем колонию обходил подполковник Кашапов. Увидев меня, завел разговор «за жизнь». Минут пять простояли в коридоре, но, видимо, поняв, что разговор на людях не пойдет на пользу невольным свидетелям нашей беседы, Кашапов пригласил меня в библиотеку.

Говорили долго. И, пожалуй, бесполезно. Впрочем, не совсем. Узнал, что сегодня в колонии трудоустроены 98 человек. А в феврале таких было чуть больше тридцати, значит, не напрасно я голодал в апреле.

6 июня 2010 года (воскресенье)

Получил извещение, что 12 июня Верховный Суд Татарстана рассмотрит мою кассационную жалобу на решение Мамадышского райсуда, отказавшегося отменить приказ Кашапова о водворении меня в ШИЗО. Написал заявление об отпуске. Всего на 30 часов. Для участия в судебном заседании. Знаю, что откажут, но всё же…

7 июня 2010 года (понедельник)

Посольство Испании не отказало в предоставлении визы жене и сыну. Завтра к полудню они будут уже в Барселоне.

Барселона

***
Сотрудники колонии делают вид, что не замечают, что я не одеваю робу. Я делаю вид, что не замечаю, что они не замечают, что на построения я выхожу в джинсах и футболке. Так и живем.

8 июня 2010 года (вторник)

Вахитовский райсуд Казани сообщил, что 18 июня в 9.15 в кабинете 309 рассмотрит моё заявление об отмене решения гордумы об изменении порядка избрания мэра города.

Понимаю, что бесполезно, но, думаю, снова надо писать заявление об отпуске.

***
После отбоя Андрей Ежов что-то говорил, говорил, говорил…. Его никто не слушал, он изрядно всех утомил. Со всех концов секции неслось возмущенное:

— Ежик! Достал!
— Может, помолчишь?
— Мы спать сегодня будем?

И тут Ежов миролюбиво и абсолютно искренне произносит:

— Да ладно, пацаны, не сердитесь. Когда еще мы вот так соберемся?

Хохот в секции раздался такой, что затряслись шконки, задрожали стекла …

***
Заезжал Васыл.

***
Ничего не происходит. Монотонность будней вполне может свести с ума, привести к полной деградации, превратить в нравственного доходягу. Держусь. Кажется, что силы на исходе.

***
Если бы Сергей Магницкий сидел не в «Матросской тишине», а в Дигитли, он всё-равно бы умер. Цинично, но честно. В Мамадышскую районную больницу его едва ли повезли, а здесь оказать медицинскую помощь некому.

10 июня 2010 года (четверг)

Всю вторую половину мая женщины-колонистки сажали капусту. Работали с утра и до вечера. Работали, как могли. Или как хотели. В строгом соответствии с наблюдениями мыслителей, сделанными несколько веков назад, о неэффективности подневольного труда, о том, что когда нет мотивации хорошо и качественно работать, на положительный результат лучше не рассчитывать.

В общем, чуть ли не половина посаженной капусты так и не прижилась. Сегодня женщины пошли пересаживать капусту.

11 июня 2010 года (пятница)

Около полудня сообщили, что в 13.30 Мамадышский райсуд рассмотрит мое заявление об отмене постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении Кашапова.

Как и предполагалось, суд отказал в удовлетворении заявления, поданного в порядке ст.125 УИК РФ. Процесс длился часа три. Снова пришли к выводу, что территории колонии-поселения – это территория «жилой зоны» и следовательно, нет оснований возбуждать уголовное дело в отношении начальника колонии за превышение должностных полномочий.

***
На утреннем разводе впервые с 17 мая дежурный по колонии, зачитывая разнарядку, не произнес слов «Свинарник — …Муртазин».

13 июня 2010 года (воскресенье)

Двухсотый день несвободы.

Накануне, по колонии стремительно расползся слух, что в среду–четверг около тридцати первоходов увезут в другие колонии. Чтобы реализовать установку о «сепарации осужденных». Чтобы впервые отбывающие наказание, не содержались вместе с теми, кто уже давно «протоптал тропинку» в колонии и тюрьмы. Но смысл «сепарации» все-равно не понятен. Чего сейчас-то сепарировать? После того как человек уже пожил вместе со второходами, уже научился пить чефир, материться, отравился «романтикой воровской жизни», переводить его куда-то уже поздно, уже бесполезно.

***
Приболел. Болит горло, нос заложен, кашель. То ли грипп, то ли ангина, то ли ОРЗ. Медработник будет только во вторник. А до этого нет возможности даже температуры измерить. А она, похоже, тоже высокая, под 40.

***
Морковь, посаженная арестантами, тоже не взошла. Саботаж?

15 июня 2010 года (вторник)

Вызвал Райнур Шамильевич (замначальника колонии).

— Пиши — говорит – объяснительную на имя прокурора. О том, что не имеешь претензий по повод постановки тебя на профилактический учет. Фотографию твою со стенда «профучета» уже сняли…

— Значит, я не склонен к дезорганизации исправительного учреждения?

— Да никто и не говорил, что склонен, на профучет тебя никто не ставил…

— Как это не ставил? А комиссия? А фотография?

— Всё сняли. Инцидент исчерпан?

— Исчерпан – говорю.

Сажусь и пишу, что претензий не имею. После того, как моё фото было изъято со стенда профучета.

— Этого писать не надо. Достаточно того, что претензий нет.

— Это вам достаточно. А мне нет. Без этого предложения получается, что я обратился в прокуратуру, не имея на то оснований. А так получается, что обратился я тогда, когда основания были, а после вмешательства прокурора – причина обращения устранена и соответственно не осталось и оснований для вмешательства прокуратуры.

***
После обеда в колонии не осталось ни одного сотрудника, кроме дежурной смены. Все разъехались искать Розалию С.

Девушку повели на работу в поле. Она поработала-поработала и… ушла, куда глаза глядят.

В колонию Разалию этапировали 2 июня. Срок у неё 2 года и 2 месяца по статье 159 УК РФ («Мошенничество»).

Вообще-то она должна была быть на карантине, её должны были изучать, выявлять склонности, морально-психологические качества… Но кому это надо? Кого это интересует? Тем более в период полевых работ? Вот и направили её в поле. Вольный воздух, видимо, вскружил ей голову. После нескольких месяцев, проведенных в тюремной камере, это вполне возможно. И женщина ушла.

Искали её до самой ночи и, говорят, нашли уже ближе к полуночи. При задержании сопротивления не оказала. Перепроводили в штрафной изолятор.

16 июня 2010 года (среда)

Приезжал отец. За доверенностью на представление моих интересов в Вахитовском районном суде Казани, которую я выписал другу и соратнику Игорю Веселову.

***
Отец был еще в Дигитли, когда приехали «воронки» и увезли около тридцати первоходов в Менделеевск, в колонию-поселение при ФБУ ИК-10.

Меня оставили. «До особого распоряжения». Райнур (замначальника колонии) клянется, что не знает планов УФСИН РФ по Татарстану относительно меня.

-Райнур Шамильевич! Если меня тоже переводят, я бы сейчас отправил один баул с книгами и бумагами домой. Чтобы не таскаться с ними по «воронкам»…

-По тебе указаний нет. Скорей всего останешься здесь.

-Это точно?

-Не знаю. Но по состоянию на сегодняшний день — абсолютно точно.

В общем, ничего я домой не отправил.

Фотография отсюда

irek_murtazin.livejournal.com

Добавить комментарий