Поиск

Их взгляд на нашего Холмса


Автор дал согласие на перевод и публикацию, хотя жалеет, что нехватка информации о фильме (на момент написания рецензии) не позволила ему сделать обзор подробнее и интереснее. Конечно, этот обзор не был первый, но, пожалуй, был и остается до сих пор одним из самых обстоятельных. Чарльз Преполек – издатель детективной литературы, канадский шерлокианец и давний поколонник "русского Холмса". Добавлю, что ему пришлось анализировать фильм в 2002 году без английского перевода или субтитров, кроме того в его распоряжении была VHS-кассета, мягко говоря, с довольно несовершенным изображением.

Одни из лучших

Автор: Чарльз Преполек (с) 2002 г.

Перевод: Александр Седов

Ссылка на оригинальный английский текст — http://bakerstreetdozen.com/russianholmes.html

Из множества воплощений Шерлока Холмса в кино и телефильмах, несомненно, больше всего возбуждает любопытство и интригует русский телесериал с Василием Ливановым в роли Холмса и Виталием Соломиным в роли Ватсона. Фильм снят в России (еще при Советском Союзе) между 1979 и 1986 годами, и состоит из пяти серий, разбитых на одиннадцать эпизодов. Хотя попытка экспортировать программу, предпринятая на фестивале телевизионных фильмов в Монте-Карло в 1982, потерпела неудачу, сериал признан одним из наиболее удачных в истории русского телевидения. Сериал (и, конечно, Холмс) продолжал быть настолько популярным еще в январе 2000 года, что торжества в арт-клубе “Ностальгия” в честь блистательного сыщика, придуманного сэром Артуром Конан Дойлом, были поддержаны Российской независимой ассоциацией ньюсмейкеров. В числе приглашенных были Ливанов и Соломин, которые последний раз играли своих героев на Центральном Телевидении около 14 лет назад.

Популярность Шерлока Холмса в России неоспорима. Имеющееся, по всей видимости, русское очарование этого персонажа связано не только с Викторианским периодом, но и с общим представлением о самом сыщике-любителе. Процитируем соображения режиссера Игоря Масленникова о Шерлоке Холмсе, приведенные в книге Питера Хайнинга “Телевизионный Шерлок Холмс”:

Любой, кто приходит к нему чувствует себя защищенным. Он надежен. Когда полиция преследует кого-то, Холмс готов помочь жертве. Он – олицетворение джентельменского поведения. Публика всегда нуждается в ком-нибудь с такими качествами”.

Холмсовские рассказы Конан Дойла, пиратски переведенные еще в начале 20 века, пышным цветом расцвели в бывшем Советском Союзе, так что телевизионное обращение русских к Холмсу не явилось сюрпризом. Что удивило, так это степень верности по отношению к первоисточнику. Несмотря на то, что я ни слова не говорю по-русски, в процессе просмотра фильма становилось очевидным бережное отношение к неуловимому духу и аромату к Канону, а также сохранение буквальной верности (литературной точности) к основному материалу. Не каждый шерлокианец знает русский язык, но со скромным знанием Канона (первоисточника), он может быстро ухватить в точности то, что говорят в почти каждой представленной сцене, в то же время каждый диалог может быть благополучно угадан. Хотя фильмы структурированы как комбинации определенных рассказов (например, “Пестрая лента” расположена в середине сюжетной линии “Этюда в багровых тонах”, а “Скандал в Богемии” как воспоминание вставлено в середину “Знака четырех”), целостность каждого компонента хорошо сохранена. Выбранный формат, по-видимому, сработал, так как Берт Коулз, сценарист на Радио Би-Би-Си, высказался на интернет-форуме Scarlet Street так:

“…такое соединение рассказов, кажется, отлично сработало, особенно в первом эпизоде, где лучшие моменты “Этюда в багровых тонах” (Ватсон встречает Холмса, Ватсон сбит с толку Холмсом, Ватсон решает исследовать Холмса) составляют добрую половину серии. Затем, вполне разумно, сценарист, продюсер, кем бы он ни был, решил, что первое совместное дело дуэта должно быть одним из действительно сильных, — тем неожиданнее врывается обезумевшая Хелен Стоунер, и мы дальше следуем за сюжетом…”

Сериал смотрится очень хорошо. Не так-то просто воссоздать викторианскую Англию в России, но продюсеры проделали образцовую работу с первоклассными костюмами и тщательно подобранным реквизитом. Никак не скажешь, что не вкралось своеобразие, чего они, несомненно, добивались большего всего. Гостиная на Бейкер-стрит чрезвычайно мрачная декорация, как и большинство интерьеров в сериале, которые освещены вечерним светом, дающим неясную гнетущую атмосферу. Эта гнетущая мрачность, однако, срабатывает очень хорошо в некоторых сценах, таких как в Сток Моране в “Пестрой ленте”. Гостиная на Бейкер-стрит имеет необычную структуру, короткий лестничный марш ведет из нее к огороженной перилами площадке или галерее, на которую выходят двери спален Холмса и Ватсона. Также не вполне ясно, находится ли гостиная на первом этаже, в любом случае мы никогда не видим лестницу с семнадцатью ступеньками, спускающуюся сверху к выходу на улицу. Улицы и здания хороши, как и ожидаешь, и, несомненно, воссоздают облик 19-го века, но дома в излишне витиеватом стиле, распространенные в Восточной Европе, трудно замаскировать и изредка отвлекают от иллюзии. Трудности с выбором натуры, должно быть, были ужасными, но разумное использование тумана и удачные ракурсы камеры сильно выручают. Рейхенбахские события завладевают вниманием с самого начала и до конца, и смотрятся ошеломляюще! Погоня с катерами на всех парах в “Знаке четырех” (съемка на реке Нева вблизи Санкт-Петербурга) также смотрится необыкновенно хорошо.

Подбор актеров совершенно убедительный на протяжении всего сериала, несмотря на некоторую аномальность приспешника Мориарти, который выглядит похожим на Человека-Волка… с клыками. Лестрейд, которого играет Борислав Брондуков, конечно, с крысиным лицом ищейки как и положено ему быть. На протяжении всех серий он – комическая фигура, и в своем рисунке роли никогда не скатывается на пародию.

Слева - Борислав Брондуков в роли инспектора Лестрейда. Справа - Лестрейд на первой иллюстрации к повести "Этюд в багровых тонах", художник Джордж Хатчиссон.
Слева — Борислав Брондуков в роли инспектора Лестрейда. Справа — Лестрейд на первой иллюстрации к повести "Этюд в багровых тонах", художник Джордж Хатчиссон.

Рина Зеленая – очаровательная (экономка ли) миссис Хадсон. Борис Клюев – сравнительно стройный Майкрофт, который в определенных ракурсах смотрится располневшим Бэзилом Рэтбоуном… только с лакированными волосами. Профессор Мориарти – харизматичен и сильно напоминает пресмыкающееся. На всем протяжении вышеупомянутых Рейхенбахских событий его длинные руки и скрюченные пальцы придают его внешности явную паукообразность. Сцена схватки – это триумф схватки хореографической и меньше всего имеет сходство с битвой динозавров (дословно: титанов, — так некоторые критики охарактеризовали аналогичную сцену в английском сериале с Джереми Бреттом; прим. переводчика).

Характер взаимоотношений между главными исполнителями безошибочен, и язык, конечно, не препятствие, так как язык тела и тон голоса, когда Холмс и Ватсон беседуют, красноречиво демонстрируют их дружбу и взаимное уважение.

Несмотря на то, что Василий Ливанов невысок ростом и тонковат для Холмса, он точно попадает в характер своим апломбом. Его спокойная рассудительная манера прекрасно оттеняется вспышками юмора и активности. Возможно, в его чертах лица нет угловатости, какой я бы хотел видеть в Холмсе, но когда он сосредоточен на чем-то, он выглядит истинным воплощением рисунков Пейджета.

Слева - Шерлок Холмс на рисунке Сиднея Пейджета.
Слева — Шерлок Холмс на рисунке Сиднея Пейджета.

Одно лишнее добавление к его Холмсу – это использование очков, которые он носит, когда читает. Неудачно то, что Ливанов надевает пальто-крылатку в почти каждой уличной сцене. Единственное объяснение, что это был намеренный ход продюсеров с целью закрепить популярный образ Холмса в сознании публики.

Хотя Ливанов – великолепен, настоящая звезда сериала Виталий Соломин в роли Ватсона. Со своими рыжеватыми волосами и аккуратно подстриженными усами, он во многом воплощает мое представление о Ватсоне.

Живой, нарядно одетый, но с чувством меры, он держится по-военному, но не вздорно, а мягко располагая к себе, как и полагается врачу. Он, кажется, вечно озадачен поведением и порядками своего друга, но всякий раз, как только он улыбается или смеется, его молодое и доброжелательное лицо приободряется. Его романтическая сцена с Мэри Морстен, когда оказывается, что сокровища Агры пропали, просто бесподобна. Еще раз, нет никакого языкового барьера, он, по моему мнению, один из самых лучших Ватсонов когда-либо воплощенных на экране.

Виталий Соломин в роли доктора Ватсона и... Артур Конан Дойл.
Виталий Соломин в роли доктора Ватсона и… Артур Конан Дойл.

В целом, сериал – приятное испытание… подписываюсь под этими словами. Странные элементы в гротесковом прислужнике, который следует за Холмсом по приказу Мориарти, и некоторые лишние интригующие перестановки, такие как упавшее на Ватсона подозрение в убийстве Адера в “Пустом доме”, — сравнительно незначительные отклонения в большой схеме вещей. Языкового барьера нет, мы видим массу плохих западных телеверсий, так если вам дается шанс увидеть этот фильм, во чтобы то ни стало познакомьтесь с ним, он стоит того!

https://zen.yandex.ru/media/id/5b96d7dabec38800abc559bd/ih-vzgliad-na-nashego-holmsa-2-5d6ba8cabf50d500ae1fd6a2

Однажды в одном англоязычном блоге я наткнулся на рецензию, написанную юной дамой из шотландского города Эдинбург. Отзыв мне понравился не только оценкой, данной жителем Туманного Альбиона фильму Игоря Масленникова, но и обстоятельным вступлением, в котором упоминаются самые главные, по мнению рецензентки, кино-(и даже радио)-Холмсы. С ними актёр Василий Ливанов и соревнуется. Речь в отзыве идёт о первых двух сериях фильма.

Искры из глаз, или Как мистер Холмс встретил доктора Ватсона

Ленфильмовская экранизация глазами библиотекаря из Эдинбурга

Автор рецензии: difbrook

оригинальный английский текст здесь

(перевод — Александр Седов)

У каждого собственное представление о нём, не так ли? Когда вы слышите имя «Шерлок Холмс», в вашем сознании сразу всплывает конкретный образ – человек с определённой манерой поведения. Вы, например, можете так же как я ориентироваться на одного из актёров, игравших его на экране, в качестве «предпочтительного» варианта, больше похожего на того, кого вы видите, когда читаете конан-дойловские рассказы.

Это неизбежно. Холмса играли так много раз и такое количество разных людей. Имя им – сотни. Немало замечательных актёров попытали свою удачу на этом поприще. На удивление слишком многие были абсолютно ужасны. Он сложнее устроен, чем кажется на первый взгляд. Он состоит из гораздо большего набора черт, нежели предписывает ему схематичный образ – фирменной каскетки, трубки и лупы. Его играли так часто и так по-разному, что я уже не верю в такую вещь, как идеальное воплощение Холмса, — но идеальным воплощением может быть такой образ, какой, вы хотели бы видеть.

У меня таких образов несколько.

Один из них – Дуглас Уилмер.

Фантастический актёр, а его Холмс похож на ястреба. Всегда наблюдает, всегда размышляет, всегда на шаг впереди. На фоне черно-белой многосерийной мути производства ББС середины 60-х, эта экранизация действительно ухватила дух первоисточника. Если вам нравятся иллюстрации Пейджета, которые сопровождали первые публикации рассказов Конан Дойля в журнале «Стрэнд», Уилмер будет казаться вам сошедшим с этих рисунков.

Я также неравнодушна к Холмсу в исполнении Питера Кушинга (разумеется) и Джереми Бретта, который был бы супер, если бы постоянно не срывался на сумасбродства.

На радио Клайв Меррисон остаётся единственным исполнителем, игравшим Холмса во всех рассказах Конан Дойля, и он очень близок к окончательному. Стремительный, высокомерный, самоуверенный, он оставит позади любого другого исполнителя роли Холмса, играя на несимпатичных сторонах характера этой личности…

Есть ещё телевизионная экранизация начала пятидесятых годов с Рональдом Хоувордом – в ней очень мало от оригинальных рассказов, но сделана потрясающе, задорно и смотрится на одном дыхании. Хоуворд предпочитает подавать своего героя с дружелюбной, общительной стороны, игнорируя некоторые не столь привлекательные аспекты личности Холмса.

Бэзил Рэтбоун? Он, конечно, неприкосновенный. Хорошо это или плохо, но рисуемый им образ слишком завязан на расхожих представлениях о Холмсе. Он превосходный, но отбрасывает слишком длинную тень.

В настоящее время тень на плетень наводит Бенедикт Камбербэтч. Сериал «Шерлок», действие которого перенесено в современное время, вполне справедливо отказывается видеть в первоисточнике священные тексты, а вместо этого играет с ними, как котёнок с клубком пряжи. Он берёт то, что ему нравится, совершает какие-то манипуляции, обильно приправляет приколами и переплетает их в какие-то новые и причудливые узоры. Превосходно, здорово видеть, как легенда продолжает развиваться и расширяться.

Недавние фильмы с Робертом Дауни-младшем пошли по аналогичному пути, и мне они ужасно понравились. «Можете женить, убить его, делайте с ним всё что угодно», — заявил Уильму Джиллету уставший от Холмса Конан Дойл; актёр и режиссёр Джиллет просил разрешения внести поправки в характер героя. С тех пор люди с Холмсом так и поступают.

В 1979 году русское телевидение представило свою версию Шерлока Холмса. Сериал целиком снимался в России и состоял из одиннадцати отдельных серий, но для нас он был почти неуловим. Ещё недавно достать его копии было невероятно трудно. Я долго мечтала увидеть этот фильм. В течение четырёх лет я видела из него только фрагмент, по которому сложно было о чём-либо судить. Отрывок демонстрировался в документальной передаче на канале ББС-4: Холмс и Ватсон в боксёрском поединке дубасили друг друга, что аж искры летели из глаз. Наконец, выследив этот сериал, и устроившись как-то вечером перед просмотром, я не была уверена, чего мне ожидать от него, точнее от первых двух серий. Рада сообщить, что первые впечатления хорошие. Это великолепно.

Первые две серии («Знакомство» и «Кровавая надпись» — крепко прикручены друг к другу, образуя единый 140-минутный телефильм) посвящены встрече Холмса и Ватсона, описанной в повести Конан Дойля «Этюд в багровых тонах». После того, как наши герои узнали друг друга, мы влетаем в компактную версию «Пёстрой ленты», и уже потом возвращаемся в «Этюд в багровых тонах».

Некоторые холмсовские рассказы постоянно привлекают желающих их экранизировать. «Собака Баскервилей», можно сказать, на передовой этого процесса, следом идут «Пёстрая лента» и «Скандал в Богемии». А вот первое произведение о Холмсе – «Этюд в багровых тонах», как будто создано для того, чтобы посрамить большинство кинематографистов. Если они и берут что-то из «Этюда», то только начало — знакомство Холмса и Ватсона, и отбрасывают остальное. Остальная часть сюжета – продолжительный рассказ, завязанный на истории мести (включая обширные воспоминания о событиях в штате Юта, в которых Холмс вообще не принимает участия), — выглядит громоздкой. В результате, значительная часть сюжета, как правило, игнорируется. Берт Коулз (постановщик на радио ББС рассказов Конан Дойля) посвятил этой вставке изрядную часть спектакля, но даже он не смог ничего сделать с полным отсутствием наших героев, а это где-то минут на пятьдесят против трёх часов всей постановки. Легче вообще избавиться от этого.

В этом фильме такой проблемы нет. Режиссёр Игорь Масленников вместе со своей съёмочной группой прямо погружают нас в историю, предлагая самую достоверную версию из тех, что мне довелось видеть. Они крепко привязали в эти два с половиной часа ещё и «Пёструю ленту» и получилось просто замечательно. Две серии идут хорошим темпом (at a cracking pace), и смотрится это прекрасно.

Россия оказывается залитой солнцем в любое время суток – страна на протяжении двух серий выглядит великолепно, хотя и мало похоже на Лондон. Как видно, здесь не слишком старались, чтобы картинку выдать за Англию, но это и нет уж важно. Если архитектура и чересчур витиевата, то деревенские пейзажи полны лужаек, а интерьеры довольно готичны и мрачны, в общем, меня не особенно беспокоило, что что-то может быть не в тему или не того периода.

Отставной военврач доктор Джон Х. Ватсон, недавно вернувшийся из чужих краёв, ищет жильё – для чего направляется прямо на Бейкер-стрит, 221 б, где некий мистер Шерлок Холмс пытается выторговать у миссис Хадсон приемлемую для себя арендную плату. Слишком дорого для одного – поэтому он даёт объявление, что ищёт компаньона. Ватсон не знает, чем занимается его новый сосед, и приходит по отношению к Холмсу к неправильным выводам. Трудности испытательного срока по проживанию под одной крышей создают у Ватсона впечатление, что Холмс – своего рода теневая фигура уголовного мира. Странные персонажи посещают квартиру во время завтрака Ватсона – входят в комнату Холмса и не возвращаются оттуда (уже на ранней стадии мы наблюдаем любовь Холмса к нелепым и неубедительным переодеваниям). Холмс занимается разного рода странными экспериментами. В одной из сцен рядом с ним оказываются фотокарточки, на которых запечатлены какие-то тёмные личности. Явно намериваясь пощекотать нервы Ватсона, Холмс сообщает ему, что эти лица ему хорошо знакомы. Как ни странно, фотографии содержат снимки известных актёров фильмов ужасов. Среди прочих мне удалось разобрать Лона Чейни и Фредерика Марча.

Подозрения Ватсона усиливаются, и очень скоро он начинает класть под подушку пистолет, а дверную ручку на ночь блокировать стулом. В конце концов, всё это приходит к своей развязке и правда выходит наружу в замечательной сцене, в которой, чтобы разрешить все свои подозрения, Ватсон бросает Холмсу вызов – в боксёрском поединке. Ватсон нокаутирован за две минуты – именно здесь берёт своё начало повторяющийся в этом фильме приём: подобное с Ватсоном произойдёт не раз ещё до окончания этих первых серий.

Как только с мистером Гримсби Ройлоттом будет покончено, а дело о «Пёстрой ленте» будет разрешено, сюжет вернётся к основному течению – «Этюду в багровых тонах», и загадке отравленного в пустом доме человека. Перед нами слово, написанное кровью на стене (буквально «Месть», что, в общем, незначительное отклонение от оригинала, учитывая, что это эквивалент немецкого «Rache»). Мы видим суеверного полисмена, мимо которого прошёл убийца («Ваша голова не только для того, чтобы носить шлем»). Раньше предполагаемого появляется юные помощники с Бейкер-стрит. В замечательном эпизоде, отклонившимся от оригинального текста, Ватсон больно получает ногой в живот. По крайней мере, один из подозреваемых оказывается мёртвым, прежде чем его решают арестовать. Как много вложено на один дюйм фильма.

Несмотря на это, в фильме ещё находится время, чтобы вовремя ввести в сюжет поразительного карьериста инспектора Лестрейда – с лицом хорька (всё его самодурство и черновая работа ложится тяжелым грузом на многострадального инспектора Грегсона). Между всеми этими героями – и Холмсом и Ватсоном – происходит масса всего. Занудное ответвление со штатом Юта уложено в десять минут с помощью обычного пересказа убийцей своих отношений с другими персонажами. Несколько удивительно, что всё это завершается тем, что рассерженный Ватсон зачитывает заметку из прессы Её Величества, и тут же клянётся поведать миру правду. Он опишет то, что действительно произошло, тем самым, отдав должное Шерлоку. Конец фильма – титры. Следующая история о Чарльзе Огастезе Милвертоне.

Так как Василий Ливанов немного старше необходимого, в его Холмсе уже мелькает седина, но ему удаётся проделать замечательный трюк – быть одновременно и вальяжным и полным нервной энергии. Временами он не выказывает к происходящему никакого интереса (в знаменитой сцене, где он признаётся, что не знает, что Земля вращается вокруг солнца, — он всё равно немного подсматривает за Ватсоном, делая вид, что больше интересуется старинными реликвиями, привезёнными Ватсоном из Индии). Он несколько раз впадает в задумчивость, глядя куда-то в пространство перед собой, когда курит трубку. В других случаях он, наоборот, полностью сосредоточен. В одной из сцен он предлагает сыграть для Ватсона на скрипке какую-нибудь музыку – и звучит его собственная музыкальная тема, которую мы слышали в начале фильма на титрах.

На месте происшествия он скачет в поисках улик, заставляя Ватсона делать то же самое. Он выбивает пилюлю с ядом из рук Лестрейда с такой силой, что, как я подозреваю, оставляет памятную отметину в стене напротив. В эпизоде, который, я сильно подозреваю, ни за что не пропустили бы сейчас, мальчишка из уличной команды Бейкер-стрит спрашивают у него в качестве уплаты сигару (ребёнку около восьми, однако он носит шляпу-котелок – ещё одна из многих странных вещей в этой экранизации). Ливанов смотрит на него и произносит: «Вам нельзя курить. Смотрите, какой я худой. Это от курения», — прибегая для иллюстрации к пантомиме – сузив свои щёки. Прекрасный момент, показывающий то, как Ливанов играет – и таких моментов полно.

Как только между Холмсом и Ватсоном завязывается дружба, Холмс начинает показывать себя с приятельской стороны, придумывая розыгрыши и шутки. В фильме есть замечательная сцена, в которой он делает вид, будто с помощью дедукции узнаёт о прохожем буквально всё, однако, как он позже признаётся, это его брат Майкрофт. Он взрывается истерическим смехом, которым, в конце концов, заражается Ватсон… Не то, чтобы я никогда прежде не видела такого взрывного Холмса. Но в нём заложены энергия и потенциал неожиданного. В версии, которую я смотрела, он ругается, как сапожник. «Ублюдок (Bastard)» — выбранный им эпитет, хотя, быть может, это особенность конкретного переводчика. Я не настолько хорошо знаю русский язык, чтобы подтвердить, действительно ли Холмс так говорит. Ливанов – абсолютно замечательный, и он уже на пути, чтобы выиграть приз у Дугласа Уилмера.

Для экранизации рассказов в чём-то даже важнее выбрать правильного Ватсона, чем Холмса. Это наша «лакмусовая бумажка», индикатор – единственный, кто близко наблюдает Холмса и обеспечивает путь в повествовании – но с ним вечно что-то не так. До сих пор, несмотря на бесподобную игру многих актёров, распространён образ Ватсона как неуклюжего идиота, знакомого ещё по фильмам с Бэзилом Рэтбоуном. Ватсон в исполнении Найджела Брюса – это: «Боже, Холмс!», «Блестяще, Холмс!» и непременный комедийный элемент, — впечатление, что такой образ уже высечен в камне и нет в мире силы, способной его пошатнуть. Ватсон в исполнении Кроуфорда в пятидесятые годы (сериал с Холмом-Хоувордом) – с длинными висячими усами, этакий полковник Блимп, только подчёркивает этот образ, хотя Найджел Сток в сериале ББС в шестидесятые годы сделал очень многое.

Питер Кушинг, который проницательно смотрел на очень многие вещи, однажды заметил, что «Ватсон не дурак. Иначе его не смог бы терпеть Холмс». Здесь мы добрались до самой сердцевины этого характера. Ватсон – умный, сострадательный человек, и во многом такой же сообразительный, как Холмс. Он просто старается приноровить свои таланты к своему приятелю-соседу. Холмс способен различать несколько сотен сортов сигарного пепла, но, сомнительно, чтобы в ряде дел он сумел обойтись без Ватсона, который умеет ненавязчиво заботиться о нём, отдав Холмсу бразды правления. «Я бы пропал без моего биографа», — говорит он эгоистично, но совершенно справедливо…

Сложный характер многое берёт на себя. В этом фильме Ливанов располагает идеальным фоном. Виталий Соломин! – о лучшем и помыслить нельзя. Ему где-то чуть больше сорока и внешне он вылитый Дэвид Бёрк из первых серий гранадовского сериала «Приключения Шерлока Холмса», с добавлением от Джуда Лоу. Как бывший военврач он довольно лёгок на подъём – и легко поверить, что многое ему удаётся. С копной светлых волос, с усами, всегда в безукоризненном костюме, в его глазах таится какая-то печаль. Настоящая грусть. В одном эпизоде он говорит о распутной и трагической смерти своего брата, и ему едва удаётся справиться с собой. Импульсивный, с неизменным желанием делать всё самостоятельно – с таким человеком вы бы пошли в разведку (you’d want him at your side in a ruck). И как трогательно и прекрасно показана дружба, которая расцветает между Холмсом и Ватсоном. Уже приблизительно через пятьдесят минут вы убеждены, что они – друзья на всю жизнь.

Будь то сеанс быстрой игры в шахматы, товарищеский обмен сигарами или защита чести молодой девушки при помощи старого надёжного револьвера и хлыста, — этот дуэт прекрасно себя показывает. Постановщики также соблаговолили расширить роль миссис Хадсон. В свои почти восемьдесят лет Екатерина Зелёная, конечно, не слишком занята на физической работе, но чисто символически вытирает пыль (она на удивление лихо отвечает на оскорбления Гримсби Ройлотта, тут же отходя на заранее приготовленную позицию).

Тем не менее, Холмсу она прощает всё. В ответ на его высокохудожественную стрельбу по стенам комнаты она всего лишь замечает, что патроны нужного калибра закончились и что ему придётся подождать до вторника. Ватсону она убедительно доказывает на одном-двух примерах, что и она чему-то научилась за эти годы у Холмса. И ещё она носит завтрак. Всё время. Ватсон любит завтракать – эта любовь, похоже, проходит красной нитью через все экранизации Холмса, что мне довелось видеть. Тот факт, что она при этом ещё вставляет едкие замечания – просто замечательный бонус.

…Очевидно, что съёмочная группа любит исходный материал и пропитана стремлением настолько приблизиться к оригинальным текстам, насколько это возможно …и настолько это удалось в этих двух сериях. Просто прекрасно. Холмс получился таким же замечательным, как я мечтала долгие годы. Я ужасно рада, что впереди ещё девять серий наслаждения. Если у вас появится шанс – не упустите. Фильм достоит потраченных усилий на его поиски. Очень рекомендую.

https://zen.yandex.ru/media/id/5b96d7dabec38800abc559bd/ih-vzgliad-na-nashego-holmsa-3-5dae691e2beb4900ada0b300
movie-rippers.livejournal.com

Добавить комментарий