Поиск

О диалогах в операционной — 237…


Экстренные операции случаются и у нас. Нечасто, но случаются (в хорошем, не собачьем смысле этого слова). Могу высказать крамольную мысль, неполиткорректно травмирующую слабую психику профессиональных потребителей медицинских услуг, членов и мозгов лиги защиты прав пациентов, а также сотрудников отделов по расследованию медицинских преступлений: если в плановой хирургической клинике не бывает экстренных повторных операций, значит это не хирургическая клиника. Ладно, нам-то главное уложиться в негласно обусловленные 30 минут приезда после звонка дежурного врача. Мы — анестезиолог и его медсестра — уложились. Кто бы сомневался. В операционной, вытаращив глаза от страха, стояла постовая медсестра под жестоким контролем ветеранистой операционной санитарки. Оперсестру, на ночь глядя, взять было негде. Алексей Романович оценил пастораль и задумался — как бы того… не опысалась от страха.
— (Сурово) Руки выше держи! (Чуть более ласково) Не ссы, Капустин… — ну, и далее по тексту древней русской народной поговорки. Кстати, помогло. Заулыбалась. То ли от того, что все-таки отпустим, то ли от того, что «отпустим» предшествует. А все потому, что непрост, ох не прост Алексей Романович — он дифзачет по предмету «Партийно-политическая работа в войсках» с оценкой «хорошо» сдал и может поднять боевой дух вверенного ему личного состава…

— Алексей Романович, принесла я это лекарство! — радостно возопила анестезистка Ангелина, потрясая пузырьком с «Гемоблоком» ( можно считать продакт-плейсментом, если заплатят конечно) и продолжила, — Как вы его назвали? Моча молодого поросёнка?
— Собранная в лунную ночь… — не мог не уточнить её отец-командир название всех своих любимых лекарств. nadie_escribe.livejournal.com

Добавить комментарий