Поиск

Мильон терзаний


Сегодня речь пойдет не о фильме, а о телеверсии спектакля. И несмотря на название рубрики (на самом деле, теги), я позволяю себе эту вольность ввиду того колоссального влияния, которое спектакль этот оказывает на зрителя даже если смотреть его не в зале, на экране.

В 2000 году впервые был показан спектакль, премьера которого состоялась двумя годами раньше – в 1998-м на сцене московского театра имени Моссовета. Постановкой занималось созданное Олегом Меньшиковым «Театральное товарищество 814», сам он выступил не только в качестве исполнителя роли Чацкого, но и режиссера-постановщика.

Что же это был за спектакль, который был снят с репертуара его создателем спустя два фантастически успешных сезона? Казалось бы, чего мы не знаем о «Горе от ума»? Зачем нам вновь погружаться в эти фразы, набившие уже оскомину, в хрестоматийные образы русской жизни начала XIX века, в атмосферу школьного урока, на котором штудируют А.С. Грибоедова? Оказывается, это было жизненно необходимо! Хотя бы для того, чтобы понять, что Чацкий – это не невыносимо правильный зануда, ради которого с радостью убежишь даже к Молчалину, а это умный, чуткий и очень привлекательный герой. Это герой, необходимый нам в любые времена – и в либеральном флере эпохи Александра I, и в безвременье ельцинских 90-х.

Меньшиков «оживил» и Чацкого, и пьесу, и самого Грибоедова – кажется, что мы слышим голос автора, его смех, и образ непреклонного обличителя общественных пороков постепенно смягчается. И вот уже кажется, лицо на известном портрете не сосредоточенно насуплено, а готово улыбнуться, словно радуясь найденной реплике. Олег Евгеньевич, конечно, сумел заставить героев говорить на языке, понятном нам. Я имею в виду не только то, что, словно по волшебству, исчезло внешнее непонимание языка (связанное с изменениями историческими, произошедшими со времен Грибоедова), но и не стало внутреннего барьера – мировоззренческого, психологического или возрастного, если хотите. Хотя ни одного слова в пьесе не было изменено, любой школьник, который до этого продирался сквозь текст Грибоедова, теперь легко скользил той его редакции, что предложил Меньшиков. Вдруг то, что надо было описывать в сочинении, стало настолько понятным, что превратилось во что-то сугубо личное, твое собственное эстетическое переживание.

Герои, который часто воспринимаются, как готовые схемы поведения, общественные роли, которые кто-то должен занимать просто по законам жанра, стали вдруг вызывать симпатию: даже изменщица Софья, или солдафон Скалозуб. Вообще Меньшикову удалось собрать такой актерский ансамбль для своей антрепризы, который максимально украсил литературный первоисточник: Игорь Охлупин (Фамусов), Ольга Кузина (Софья), Полина Агуреева (Лизанька), Екатерина Васильева (Хлестова), Марат Башаров (Загорецкий) и др.

Помню, свои впечатления от первого просмотра: восторг до захлебывания чуть остужали сожаления, что я не увидела этого одновременно с прочтением пьесы. Но с другой стороны, было и ощущение счастья, что я вообще это увидела. Не в московском театре, на сцене, а в Нальчике по телевизору. И сейчас, спустя столько лет, мне жаль лишь того, что я не смогу уже посмотреть «Горе от ума» Олега Меньшикова впервые – с радостью узнавания. marie_bitok.livejournal.com

Добавить комментарий