Поиск

Аполлон-8. Джеффри Клугер.


Лишь один кадр, скрытый сейчас в недрах камеры Андерса, в будущем смог приблизить человечество к пониманию того, что миры — как и стекло — могут разрушаться и что конкретный мир, запечатленный на фотографии, требует заботы более бережной, чем то обращение, которое человечество демонстрировало по отношению к нему прежде. Этот кадр, который позже назовут «Восход Земли», и хранился сейчас в камере у Андерса.

Однако в Рождественский сочельник 1968 г. никто об этом ещё не знал.

Благодаря супруге я стал одним из первых владельцев издания на русском языке книги Джеффри Клугера «Аполлон — 8». После того, как полгода назад прочёл его «Потерянную Луну» (в соавторстве с астронавтом Джимом Ловеллом), новую книгу я ждал с нетерпением. Признаться, ощущаю себя несколько обманутым.

Пока одни американцы поливали напалмом джунгли Вьетнама, а другие — придумывали бомбардировщики-невидимки, чтобы по команде президента США беспрепятственно нанести удар по Минску или Москве, третьи американцы полетели на разведку к Луне в составе миссии Аполлон-8.

В NASA творилась какая-то неразбериха с миссиями, их номерами и их назначениями в лучших традициях космической гонки с Союзом. Экипаж Фрэнка Бормана с Джимом Ловеллом и Биллом Андерсом планировался на миссию «Аполлон-9», которая заключалась в том, чтобы со всем лунным барахлом (спускаемым лунным модулем) полетать вокруг Земли и протестировать оборудование перед более обстоятельным тренировочным полётом вокруг Луны.

Билл Андерс (на фото в середине) готовился именно как специалист по лунному модулю и был готов с закрытыми глазами собрать и разобрать лунный модуль в вакууме, в невесомости, без еды и воды, как советский солдат свой автомат Калашникова. Но что-то пошло не так.
— Заводи, поехали.
— Так не заводится.
— Поехали, говорю, потом заведёшь!
Лунный модуль ещё не доделали, а руководство страны уже решило, что к Луне лететь пора, а то русские опередят. К командному модулю вместо лунного модуля прикрутили болванку аналогичной массы, назвали это всё Аполлоном-8 и запустили в космос.

Сказанное Джорджем Лоу осталось у него в памяти в одной формулировке, у Криса Крафта — в другой, у Боба Гилрута — в третьей. В тот день все трое собрались вместе, и руководитель программы «Аполлон» попросил обоих коллег выслушать идею, которую он уже некоторое время обдумывал. Суть сказанного Лоу сводилась к следующему: «График вам известен? Давайте его сломаем. Мы полетим к Луне через 16 недель. И давайте поручим это дело «Аполлону-8».

Технически задача миссии сводилась просто к тому, чтобы слетать к Луне, облететь её десяток раз, проверить верность теоретических расчётов орбит и коррекций траекторий и испытать новый двигатель SPS (Service Propulsion System) — ключевую фигуру последующих миссий с высадкой на поверхность Луны. Что, в общем-то, успешно было выполнено безо всяких приключений. Троица стала первыми людьми: настолько оторванными от остального человечества (375 000 км), увидевшими Землю вот так целиком и полностью (а тем более с лунным пейзажем на переднем плане), заглянувшими за тёмную сторону Луны, ну, и т.д. Как и Гагарин они тоже стали самыми первыми сразу и во многом.

Но то ли дело как раз в отсутствии приключений, то ли из-за того, что Ловелл уже не помогал Клугеру писать вторую книгу, но в этот раз получилось как-то очень посредственно и безэмоционально. В комментариях к «Потерянной Луне» хватает претензий читателей к тому, что в книге много воды, хотя мне так не показалось. Зато в «Аполлоне-8» её действительно более чем. Вся суть книги сводится к статье в википедии на две страницы, но чтобы наполнить текст хоть каким-то дополнительным содержанием на оставшиеся 99,9% автор вымучивает лирику в стиле довольно пустых голливудских диалогов между астронавтами на корабле, перемежаемых репликами капкома (Spacecraft communicator CAPCOM). Плюс бесчисленные лирические отступления по схеме «а тем временем на Земле в центре управления полётом…», или «а тем временем на Земле в доме Фрэнка Бормана…», или «Мэрилин уложила детей спать и приступила к вечерней молитве», или «Сьюзен всей душой ненавидела всех этих репортёров у себя во дворе, но вынесла им поднос с кексами и пуншем, чтобы они не умерли с голоду». Книге категорически не хватает документальности «Потерянной Луны», которая была буквально построена на стенограммах переговоров и технических подробностях на фоне эмоций, которым на самом деле веришь.

К слову о Бормане. Не знаю, чем он так не пришёлся по душе автору книги, но невозможно отделаться от впечатления, что он его сознательно выставляет перед читателем не в лучшем свете. Идеальных людей нет, возможно Фрэнк действительно вёл себя именно так: занудно, педантично, не давая расслабляться, постоянно одёргивая других членов экипажа, — но слишком уж настойчиво Клугер делает акцент на тех деталях, которые можно было бы опустить или хотя бы как-то сгладить, а не вспоминать к месту и не очень. Остальным астронавтам миссии почему-то от автора такое внимание не досталось.

И даже после приводнения капсулы, когда экипаж уже подобрал спасательный вертолёт, Борман первым делом поинтересовался:

— А бритву кто-нибудь захватил? — спросил он.
— Вот, сэр, — ответил вертолётчик помоложе, вручая Борману электробритву.

Вот пока всё нормально по тексту, да? Казалось бы, факт зафиксирован для истории — Борман следит за собой, ничего плохого. Но читаем дальше:

Борман некогда услышал много подколок из-за клочковатой светлой бороды, которая отросла за две недели полёта на «Джемини-7»; за тот же полёт Ловеллу удалось отрастить чуть ли не окладистую бороду. Теперь командир «Аполлона-8» включил бритву и сбрил щетину, отросшую за шесть дней, чтобы на этот раз никто над ним не посмеивался.

И вот уже командир экипажа в глазах читателя превращается в какого-то вызывающего жалость закомплексованного сорокалетнего юнца, у которого ко всему прочему, оказывается, не растёт борода, как у настоящих мужиков.

Возможно, я передёргиваю и всё это не более чем мои личные фантазии на фоне обострённого чувства справедливости. В эпилоге и послесловии Клугер довольно много внимания уделяет личности Бормана, причём в куда более нейтральных, а то и положительных тонах. Он выражает ему особую благодарность за два дня, посвящённые интервью для этой книги. Кто знает, возможно за время, проведённое в личном ангаре Фрэнка Бормана, он узнал куда больше, чем оставил в книге такому читателю как я для домыслов. В любом случае нельзя не признать, что Борман — центральная фигура в этой книге.

И из заметок на полях:

Отец американской космической программы. Он же американский конструктор ракетно-космической техники. Он же один из основоположников современного ракетостроения. Он же создатель первых баллистических ракет. Он же штурмбаннфюрер СС Вернер фон Браун. Нет, конечно, я знал о его роли в этом всём деле, но я не думал, что настолько:

С каждым порывом ветра парашют дёргал ракету, в которой по-прежнему находились десятки тысяч литров взрывоопасного жидкого кислорода и этилового спирта.
— Парашют может опрокинуть ракету? — прокричал Крафт в присоединённый к наушникам микрофон, обращаясь к инженерам за стенами бункера. Те ответили, но по-немецки.
— Может — он — опрокинуть — ракету? — раздельно повторил Крафт.
Снова ответ на немецком.
— Кто-нибудь, ответьте! — потребовал он. — На английском!

Вот такой любопытный эпизод произошёл 21.11.1960 (1960!!!) на одном из испытаний ракеты «Редстоун», когда глава Директората лётных операций пытался получить комментарий от инженеров — в большинстве своём они даже не говорили по-английски.

Несмотря на порядковый номер 8, описываемая в книге миссия, стала лишь второй пилотируемой в истории программы. В течение почти двух лет Аполлоны летали без людей, хотя изначально планы руководства были иными. Командный модуль считался сырым, в нём постоянно находили какие-то проблемы, часть из которых были совершенно критическими. Даже после того, как инженеры рапортовали о полной готовности, астронавты говорили «не звенит». «Не звенит» — так говорили о своих самолётах лётчики-испытатели. По аналогии с колоколом, который может выглядеть совершенно целым, но из-за наличия внутреннего дефекта звучит тихо и глухо. «Не звенит» — так говорили об Аполлоне и члены экипажа Аполлон-1. 27 января 1967 года во время подготовки к первому пилотируемому полёту на борту корабля случился сильный пожар. Все члены экипажа: Гас Гриссом, Эдвард Уайт и Роджер Чаффи — погибли. Выше «шуточное» фото экипажа незадолго до трагедии, сделанное между официальной фотосъёмкой для пресс-службы NASA. Именно так относились избранные астронавты к программе Аполлон на тот момент.

Для любого сотрудника NASA, кто следил за происходящим в тот год, жертвоприношение Гриссома, Уайта и Чаффи было не случайностью, а неизбежностью — в равной степени трагедией и позором

Уильям Андерс — тот самый специалист по отсутствующему лунному модулю, который сублимировал в полёте с помощью фотоаппаратов, чтобы хоть как-то оправдать своё участие в миссии.

«Уроженец Гонконга летит к Луне» — гласили заголовки многочисленных газет, редакторы которых гордились тем, что Андерс появился на свет в этой георграфической точке, и совершенно забывали при этом, что младенец был рождён на американской военной базе…



Память корабля была разделена на 38 отдельных банков, каждый из которых мог хранить «целый» килобайт информации — то есть тысячу единиц данных. Нужно было вместить мощные вычислительные алгоритмы в этот очень скромный объём.

Больше всего инженеров беспокоила ситуация внезапного отказа программы — такое случалось часто, и казалось, что полностью устранить сбои не удастся. При крахе программы главным было то, насколько быстро и беспроблемно можно перезапустить систему. Во время трёхдневного перелёта к Луне временно отключение компьютера можно было спокойно перетерпеть, но если сбой случится в критические минуты и секунды, например перед запуском двигателя для вывода на лунную орбиту, то остановка программы будет катастрофой.

Джерри Гриффин, сидевший в «траншее» за пультом наведения и навигации, любил шутить над требуемой точностью чисел: «Астронавты в нас, должно быть, нимало не сомневаются, коли верят, что наши расчёты выведут их на орбиту в 60 милях над поверхностью, а не в 60 милях ниже её». Однако даже сам шутник понимал, что юмор чёрный

Технические подробности миссии:
http://epizodyspace.ru/e2/foto-e2/a-8/a8.html

Резюме: интересующимся данной тематикой книгу можно прочесть один раз и поставить на полку в коллекцию, а можно и вовсе не читать. Больше, чем в википедии там, в общем-то по сути ничего нет. chto-chitat.livejournal.com

Добавить комментарий