Поиск

Заумь и голые короли.


  • Начну что ли с мемуарных всхлипов…

    …Среди культурных кодов позднесоветской интеллигенции значились: «Мастер и Маргарита», театр Ленком и — французские импрессионисты, фовисты, пуантилисты, — исты-исты. Туда же и отдельным пунктом — Пабло Пикассо с его авиньонскими и прочими кубо-девицами. Стильно и — под сигаретку с кофе. Придыхание. Сделать вид, что познал и восторгаешься. Утончённость и абсент. Какое там? Портвейн 777. И — многозначительность. Витиеватая болтовня и попытка скорчить умное выражение лица: «Затем мы перешли на живопись. Я был уверен, что она восхищается импрессионистами. И не ошибся. Тогда я сказал, что импрессионисты предпочитали минутное – вечному. Что лишь у Моне родовые тенденции преобладали над видовыми…».

    Типичное, из историй Сергея Довлатова. Он знал, что девушка просто обязана быть поклонницей импрессионистов и не ошибся. Мало, кто задумывается, что нас приучили обожать размытые колеры Моне и безумие Ван Гога. Любить Передвижников или Рафаэля?! Сущая банальность, а вот изысканно ворковать о Сёра и Марке — силь ву пле. «Kороль не голый — он в невидимом дуракам наряде!» Думаете, что я избежала сей участи? Наше окружение постоянно трепалось о Ренуаре и Моне, о том, что вот — искусство. Его надо не лишь видеть, но — разуметь.

    Не спорю, господа-алкоголики с Монмартра (абсент — вещь суровая) — гораздо увлекательнее тех салонных прихлебателей, что выписывали пухлые ручки и жемчуга своих заказчиц, но и обожествлять тут, собственно, нечего. «Прорывные» стили второй половины XIX – начала XX — чистейший эскапизм. Времечко выдалось мерзковатое: банкиры и заводчики теснили и — наконец вытеснили аристократию; дымили заводские трубы, техника — пугала, кокаин продавался в аптеке (в качестве лекарства). Поневоле забесишься и начнёшь выдавать что-нибудь невыразимо-странное.

  • ЧТО я хотела этим сказать, собственно?! zina-korzina.livejournal.com
  • Добавить комментарий