Поиск

МОЙ ПЕРВЫЙ РАЗ


first-time-(2)

Умные немцы говорят: «Vorfreude ist die schönste Freude». Что в переводе означает «прелюдия всегда лучше самой ёбл…» Ой, простите, это в другой блог. Что означает — ожидание счастья лучше самого счастья.

В путешествиях у меня всегда так. И самые запоминающиеся моменты — всегда самые первые минуты. Их очень сложно описать словами, потому что ощущаешь ты в эту секунду не глазами и мозгом, а кожей. На каких-то других уровнях восприятия.

Сладкое ожидание: приезд в аэропорт отправления, срочно первые сториз в инстаграме, капуччино и неоновые отражения аэропортной рекламы на глянцевой поверхности новенького чемодана, купленного спецом под поездку, долгожданное «деар пассенджерс, боардинг бегиннинг», первое за три февральские недели тьмы солнце в иллюминаторе, мерный гул двигателей, шелест сдираемой упаковки с ланч-боксов.

И, наконец, вот этот самый тонкий, самый сладкий момент. Когда из промозглой европейской зимы в одну секунду переезжаешь в жаркое лето.

Вот в эту секунду, когда опускают трап, когда между «чао» стюардессе и первым шагом за борт ты под волнами оргазмов сдираешь зимний свитер, потому что контраст между искусственной прохладой салона самолета и жаркими объятиями новой тропической страны невыносимо прекрасен. Словно наводят на тебя огромный фен на максимальной мощности. Волны оргазма, волны цвета, волны звука, волны запаха, волны тепла, волны экзотики.

Сегодня я расскажу, как у меня много раз было в первый раз.

2005 год. Турция. Мой первый полет заграницу был как у многих из вас — в Турцию. Как и положено, с точки зрения организации мы в первый раз сделали все максимально неправильно. Едва не разбились, заблевали весь салон, часами ждали несуществующего рейса, ругались с туроператором, переезжали на автобусе в другой аэропорт… Эта поездка оказала влияние на все наши будущие. Мы зареклись когда-нибудь летать лоукостерами и иметь дело с мутными турфирмами. Но когда, наконец, прилетели, когда выжили, когда сели в автобус, меня повело… Я вырос в Азербайджане, потом на десятилетия уехал в совершенно другую страну и вот эти первые минуты в Турции вернули меня в детство. Этот запах — смесь нефти, морской соли, прелой листвы. Тряска в автобусе и мелодичное восточное блеяние в колонках — я словно семилетним ехал в школу по азербайджанской степи на разбитом «пазике». А за окнами акации, цветы, минареты, и вот оно — полоска лазоревого моря! И обессиленная вчерашними событиями спящая Морсеановна у меня на плече. В первый раз.

first-time-(5)

2006 год. Египет. Наш надежный и недешевый турпоператор Tui забыл прислать за нами автобус в аэропорт Хургады. Мы стоим потерянные на выходе. На грани истерики. Вокруг аэропорта абсолютное ничто, если не считать мутных бородачей, копошащихся в темноте и нам реально страшно. Ах как тяжело неопытным жить. А потом была арабская ночь. Пляж отеля. Бутылка мартини со штрих-кодом из гамбургского дьюти-фри. И мысли: » бляяя, я в Африке! Прикинь, я в Африке! Вон там — африканское море! А за ним люди цвета ночи, слоны, баобабы и бегемоты». Окей, внутреннему мне еще никто не сказал, что Египет — нифига не Африка, но для тех ощущений мое сладкое неведение было даром богов.

first-time-(4)

2009 год. Доминиканская республика. Мой тогда еще самый дальний перелет в жизни. И до сих пор самый дальний. 11 часов Мюнхен — Доминиканская республика. И 11 часов беспрестанного «Отче наш» от блаженной пассажирки за спиной. Не повезло. Ко всем бедам открылась травма детства — я не мог поссать в общественном месте. 11 часов лопающегося мочевого пузыря. Последние шесть часов были самыми травматическими. Я делил часы на получасия, получасия на пятиминутки и ждал, ждал, ждал. В конце я не мог выпрямиться, болело нестерпимо. И вот мы приземлились. Я ничего не вижу перед собой, мчусь в кабинку, закрываюсь и…

С тех пор я решил больше не быть праведником — свой Рай я получил еще при жизни. Я отдавал бездушному унитазу свою влагу десять минут. Десять минут бесконечного блаженства. А потом я поднял голову вверх. У доминиканского аэропортного сортира не было крыши и свидетелем моего жизненного триумфа стала огромная круглая, блестящая тропическая Луна. И мохнатые пальмы, съедающие ее блестящие края. А потом были мои первые минуты на берегу моего первого океана. Можно было написать, что в кромешной тьме, но та самая Луна иррационально залила мир серебром. Говорят, эльфийский Лориэн — это самое прекрасное место, когда-либо существовавшее на нашей планете. Но готов поспорить, тот океанский берег на пустом мочевом пузыре был прекраснее.

first-time

2011 год. Сейшельские острова. От них я ждал триумфа ощущений. И не подвели! Сначала вот она — та самая полосатая бирюза тропического моря. А потом мы вышли из самолета и пошли прямо по взлетке к крошечному зданию аэропорта. А вокруг взлетной полосы вздыбались отвесные скалы. А на их склонах карабкались огромные неведомые чужаку птахи. В тот день я был ближе всего к Пандоре Навьи.

Sez-014

2017 год. Дубай. Видите какой долгий перерыв? Все это время я рвался в этот город. Но судьба нас неизменно разводила, порой выкидывая самые удивительные фортеля. Подсовывала Канары, Италию, исландский вулкан — что угодно, только не мой Дубай.

Понятное дело, что это все очень субъективно. Кого может вообще тянуть в этот адский город-стройку? Но вот это мое такое личное. И вот случилось, прорвался! Прилетели в шесть утра, я всю ночь не спал. Адреналин во какой был! Когда выезжали с аэропорта, увидел первый дубайский небоскреб! Сука, какой же он высоченный. Как когда-то впервые увидев египетские пирамиды или Эйфелеву башню, так и сейчас снова сорвало сознание немыслимыми размерами строения. За этим я сюда и рвался. А ведь это же был, наверное, самый неказистый дубайский небоскребушко, раз на задворках города стоял. В шесть утра уже пиздец жара. И странный желтый воздух — взвесь цемента с безграничных строек. Но пофиг, главное жарко. Морсеановну с Джуниором в бассейн, а сам стал готовиться к свиданию с городом. Спать не хотел, сердце молотило от нетерпения так, что перекрывало рев ближайшего метро. Нашел в номере пакетик с кофе, выдул большими глотками, закусил купленной в аэропорту шоколадкой, стряхнул с фотоаппарата маврикийский песочек, натянул скафандр из шорт и майки и в путь: в раскаленный ад, на свидание с давно желанной планетой.

Сначала через парковку, полную «майбахов», потом под бесчисленными эстакадами автобанов, перебегая от скупой тени строительных кранов к другой, перепрыгивая через кирпичи и кучи с песком, ступая по шлангам строительных артерий, перехвачивая удивленные взгляды замотанных по глаза в тряпки от жесткого солнца бесконечных рабочих — что здесь делает этот европейский долбоеб и почему он лыбится, не иначе как тепловой удар поймал? Так я шел по незнакомой планете по направлению к метро, которое должно было привезти меня к местам, давно выученным наизусть в бесконечных ночных бдениях за монитором, в снах и мечтах.

first-time-(3)

2018 год. Бали. «Еб вашу мать, что за вонь-то? У вас аэропорт горит чтоле?!» Пока мы раздумываем над причиной мощнейшей концентрации гари в атмосфере (может это вулкан таки ебнул и пора валить домой пока цел?), нас в кромешной тьме возле аэропорта атакует беснующаяся толпа мужчин в цветастых юбках. Люди что-то кричат, рвут из рук чемоданы, толкают в спину. Эвакуация? Гражданская война? Просто криминал? Нет, оказались таксисты. Но и так впечатлений хватило. Густая тропическая темень. Дождь. А молнии лучше бы и не светили. После пустынных пространств Дубая, здесь просто концентрация жизненной активности. Все в кромешной тьме по дороге шевелится, охотится, жрет, умирает, трахается и рождается. И все это под густым куполом клаксонов (они здесь важнее поворотников), рычания моторов, уже упомянутой гари и другой труднообъяснимой вони. Между колесами микроавтобусов снуют мопеды, несущие иногда на своих потертых сидениях целые ячейки общества, состоящие из отца, матери, троих детей, курицы и матраца. Словом, все как в американских боевиках семидесятых годов про Вьетнам. Как будто глобализация, унификация и стандартизация не случились на планете за это время.

Bali-Ubud-(15)

2018 год. Сингапур. С первых же секунд этот город влюбил в себя безвовзвратно. Первое сильнейшее ощущение — влажная тропическая ночь и неоновый огонь небоскребов в окне такси.

Singapore-(8)

А потом переезжаешь на Сентозу и все! Тьма! Ничего не видно, перед собой смутно угадываешь смесь дождя и листвы. Видишь кожей. И такое густое покрывало запахов. Ранним утром ощущение словно пребываешь в материнской утробе. Так комфортно обволакивают тебя тропики. При попытке передать ощущения на словах я ощущаю свою писательскую импотенцию. Человек северных широт, никогда не покидавший своей страны, никогда не сможет себе представить эти ощущения и я рад, что тот первый самолет в Турцию не убил меня тогда. И позволил все это испытать. Наряду с первым сексом и рождением ребенка это самые самые сильные впечатления в моей жизни. Те моменты, которые и сделали мою жизнь, сделали меня.

Путешествуйте. Не лишайте себя этих впечатлений. Ведь они дороже всех материальных благ вместе взятых.

А где незабываемый первый раз был у вас?

morseanen.livejournal.com

Добавить комментарий