Поиск

EXPLOITATION MOVIES. Хершел Гордон Льюис.


Во первых определимся с терминами. Что такое «эксплуатация», «трэш», «грандхаус» и «арт-хаус»? Все эти виды и подвиды кинематографа появились в недрах западной гнилой культуры во времена ацкой конфронтации и на ту пору не могли быть оценены по достоинству широкими массами совейской общественности. Широкое ознакомление широких слоев случилось сравнительно не так давно, по сему произошло великое смешение стилей, видов и терминов, а так как каждый уважающий себя наш человек  имеет свое собственное непоколебимое мнение относительно всего, то уж относительно кино, тем более.

Привожу свою собственную расшифровку, без претензии на исключительно правильное понимание.
В моем представлении все вышеперечисленные термины относятся изначально к кинопрокату и дистрибуции. Когда-то в Америке арт-хаусом считалось вообще все не американское кино, для европейцев же классикой арт-хауса является, например «Броненосец Потемкин», а позже практически вся «новая волна» или «неореализм». Лично для меня артхаус это интеллектуальное и экспериментальное кино не рассчитанное на широкую аудиторию, нечто подобное андерграунду и заведомо противопоставленное мейнстриму. По своему формату, в смысле мало-бюджетности и часто гротескности арт-хаус близок эксплуатации, но в корне от нее отличается собственно отношением к окупаемости.

Эксплуатация изначально относилась к сфере товарно-денежной и заполняла собой нишу малобюджетного сегмента производимого для самой невзыскательной, по мнению тогдашнего мейнстрим-истеблишмента, публики. Посему изначально «exploitation» и «trash», то есть мусор были практически синонимами, а прокатывались сии произведения в небольших полудохлых кинотеатрах, по старой памяти называемых «grindhouse». Вся сия стройная архитектура цвела и расцветала главным образом до восьмидесятых, а затем все смешалось и перемешалось. В фильмы с откровенно эксплуатационными сюжетами стали вкладывать большие деньги, многие арт-хаусные ленты стали меряться  бюджетами и сюжетами, а старые эксплуатационники 60-70 х объявили «культовыми» и «высокохудожественными».

Для нашего же неизбалованного зрителя что грандхаус, что артхаус, что трэш – все одно, там сиськи-письки, мясо-кровища, трах-бах или наоборот «блевотина-тягомотина», причем все перечисленные прелести часто относятся к сто процентным голливудским продуктам, и это правильно.
А теперь переходим к расцвету эксплуатации – шестидесятые годы, тогда любой проходимец со слегка тщеславными амбициями мог само назваться режиссером и сварганить один-два кинца за пару тыщ сэкономленных на чипсах. Многим даже везло и они попадали в струю.

Хершел Гордон Льюис по профессии был журналистом, работал на радио, телевидении и немного преподавал. В конце 50-х Хершел вместе с другом выкупил рекламное агентство, а в начале 60-х взялся за продюсирование и производство собственных фильмов.

Первые пять картин чувак создал исключительно в жанре nudexploitation с элементами ненавязчивых шуток юмора. Творческий период был подробно исследован в нашем с Бобом эпичиском исследовании «Sexploitation  — лето кинематографа» 2 часть, на примере нетленки под оригинальным названием «Естественные забавы» (1962). Пятый фильм эпопеи под названием «Златовласка и трое обнаженных» (1963) считался безвозвратно утерянным, однако чудом отыскался почти через сорок лет, Хершел однако не выказал большого счастья по поводу возврата «эпического полотна», высказавшись скромно о том что был бы вполне рад никогда его собственно больше не увидеть.

В 1963 году произошло событие которое в корне изменило творческую судьбу Хершела – он снял «Кровавый пир». Уж не знаю сам ли он придумал или его кто натолкнул на идею развернутой реконструкции членовредительства (разрозненные попытки натуралистично показать убийство в кино предпринимались с начала века), однако это стало фишкой продлившей так сказать агонию сабжа на целых десять лет. И тут совершенно не важно что реконструкции Хершика были довольно топорны, а в целом реализация хромала, сама гениальная идея была в миг подхвачена и развилась до заоблачных высот многочисленными последователями.

Кроме непосредственно «брызг мяса с кетчупом» или по другому «splatter», в «Кровавом пире» была еще одна особенность, очень оперативно взятая на заметку киноделами, а именно простая и увлекательная история психопата увлеченного разделкой молодых девушек – направление получившее впоследствии название  «Slasher» (был правда еще Хичкок со своим «Психо»).

Надо сказать что за год кинопроизводства Хершик заметно поднаторел в профессии… однако в целом «Кровавый пир» хоть и ушел от «Естественных забав», но недалеко.
Речь в фильме идет о чуваке по имени Рамзес, он держит кафешку в восточном стиле, исповедует культ богини Иштар и готовит завтраки из женщин и девушек. Еще там есть совершенно тупые обыватели – мамаша с дочкой, они хотят заказать Рамзесу праздничный ужин. А так же несколько полицейских, настолько неадекватно флегматичных, что начинаешь путать место и время.

Самое удивительное в фильме, с позволения актерская игра, нет Рамзес конечно очень старается, особенно мимикой мордылица, а так же глазами… очень выразительно Томиджери обнявшись плачут в подушку. Девушки старательно орут и разбрасывают конечности, а вот полицейские халтурят и чуть не зевают в кадре, вопщем Рамзес за всех старается. А так нормуль, кишки бараньи, мозги обезьяньи, кровища красная все как положено. Только сисек маловато, но это Хершик исправил через 40! лет, но об этом ниже.

В следующие за «Кровавым пиром» пару лет Хершик честно пытался экспериментировать и это были на мой взгляд наиболее удачные постановки, сначала он снял очень нравоучительную картину о девушке и порно-индустрии под очень энергичным  названием «Отбросы земли».

А следом имхо свой лучший фильм «Две тысячи маньяков» (1964), в котором возвращается к предельно жесткой теме расчлененки, но в собственном оригинальном сюжете. Довольно смелая тема о южном городке в котором все жители маньяки, и параллели мистически тянутся к давно прошедшей войне.

Еще интересней то что играли непосредственно жители того места где проходили съемки, представляя себе этот факт, как-то даже прощаешь все накладки непрофессиональной игры.

Летом 1964 года Хершел задумал снять реально серьезную криминальную драму с рекордным бюджетом 50! тыс. долларов, и это без иронии так как до того он более 25 не поднимал. Однако «Лунная Гора» осталась совершенно без внимания, не смотря на закрученный сюжет и много музыки, наверное ей не хватило слегка горбатости.

Еще один эксперимент касался популярной в то время темы космоса, космических исследований и астронавтов как потенциально опасный и непонятный, странный вид. Согласитесь, люди побывавшие в космосе, в невесомости и подвергшиеся различным непонятным излучениям, а может даже секретным экспериментам – идеальный объект для ужастика. «Monster a-Go Go», а попросту «герой астронавтики»  — это как раз то что доктор прописал.

Получив ощутимые финансовые неприятности – последствия экспериментов, Хершел решил вернуться к истокам. В 1965 году он снимает «Color Me Blood Red» «Раскрась меня кроваво-красным», некую разновидность «Кровавого пира» в новых декорациях. Если там был, так сказать, кулинарно-оккультный художник, то здесь просто художник как он есть, ну такой типо экспрессионист.

Другое дело что чувак находился в творческом поиске собственного стиля, посему пробовал новые необычные краски для своих полотен. Кто бы мог подумать что кровища из молоденьких девушек – самое лучшее что можно применить…
В последующие затем четыре года Хершел мучительно пытался оседлать удачу, найти свою нишу, снять что ни будь стоящее в конце концов, ну и хоть немного бабок заработать.

В 1967 он делает ставку на вампирскую тему, вкладывая рекордные 65 000! Однако грустная история о вампире-капиталисте с уместным названием «Вкус крови» не выстрелила.

«The Gruesome Twosome» о мамаше с сыном – мастерах по парикам из скальпов блондинок, стал явной профанацией линии «Кровавый пир» — «Раскрась меня красным».
В 1967 году Хершел снимает много разно-жанровых картин, стремясь выправить свое финансовое положение, основательно подорванное вампирским трэшем и парикмахерским артхаусом.

«Blast-Off Girls» например детективно-приключенческий-музыкальный боевик, а «The Girl, the Body, and the Pill» серьезное исследование на тему молодежной распущенности и сексуальной революции. А в самом конце 67-го он выпустил мистический триллер с «оригинальным названием» «Something Weird», и даже семейное фентези «The Magic Land of Mother Goose» видимо о рождественском гусе.

В 1968 году Хершик снимает два боевика, первый байкерский – «Дьяволицы на колесах» как становится понятным уже из названия о банде блондинок на харлеях и их успешной конкуренции с байкерами противоположного пола.

Второй просто о банде отморозков утративших социальную ответственность с не менее инфернальным названием – «Только ради ада».

Кроме того Хершик возвращается к забытой сексплуатации с драмой «The Alley Tramp» и фантастической комедией «How to Make a Doll» о массовом производстве сексуально активных блондинок.

1969 год творец полностью посвятил sexploitation сняв три фильма разных жанров но одной направленности.  «Suburban Roulette» — увлекательные свингер-приключения, «The Ecstasies of Women» — комедийно-драматический нуар с элементами стриптиза и «Linda and Abilene» — настоящий вестерн, но предельно наполненный обнаженными блондинками.

В 1970 году Хершел Льюис снимает наконец свой последний «культовый» splatter «The Wizard of Gore» «Кудесник крови», фильм завершающий цикл «Кровавого пира» с довольно оригинальным сюжетом.
Суть в том, что иллюзионист Монтаг на поверку оказался не только садистом-затейником, но и не плохим гипнотизером. В погоне за рейтингами и дешевой популярностью, тележурналистка приглашает дядьку на свое телешоу, где в итоге случается нечто подобное «Пусть говорят», в свою очередь, скопипизженное с американских аналогов. Ну то есть проще говоря «кровь, кишки, распидорасило!».

Фильм обошелся создателям в целых 60! 000 долларов и надо сказать вполне на них смотрится, слегка превосходя своих предшественников в плане постановки и актерской, с позволения сказать, игры.

Можно было конечно «Кудесником крови» поставить жирную точку в десятилетней режиссерской карьере, но Хершел еще упирался и пару лет снимал фильмы разной степени паршивости, среди которых были криминальные драмы и комедии откровенно сексплуатационного характера, причем «Black Love» 1971 года очень эстетично совмещал в себе sexploitation и blaxploitation. В 1972 году Хершел даже выпустил классический слешер под очень крутым названием «The Gore Gore Girls», но к тому времени жанр уже ушел далеко вперед.

В конце концов Хершел плюнул на всю эту лабуду и сосредоточился на более выгодном в финансовом отношении рекламном бизнесе.

О дядьке с его багажом трэша вспомнили в восьмидесятые, с развитием VHS, многим пресытившимся гурманам пришелся по вкусу незамысловатый и непосредственный grindhouse Хершика. Чувака стали приглашать на всякие фесты и мероприятия, вспомнить молодость.

В 2002 году Хершел Льюис снял «Blood Feast 2: All U Can Eat», само-пародию на свой первый splatter, в котором кроме всего прочего, с лихвой восполнил недостаток черного юмора и сисек.

Herschell Gordon Lewis скончался во Флориде 16 сентября 2016 года в возрасте 90 лет. movie-rippers.livejournal.com

Добавить комментарий