Поиск

Путь Ахмата-Хаджи Кадырова: опыт борьбы против терроризма


ya_kadyrov
Автор: Сардалов Джамбулат

Часть I

Сложно в двух словах описать тот исторический путь, что прошёл этот неординарный человек. Титанический труд без преувеличения стал следствием его незаурядных личностных качеств. Данный материал является попыткой проанализировать его путь за годы новейшей истории народа ЧР, с которым неразрывно связана его судьба. Только анализ, никаких дифирамб, он уже вошёл в историю народа, как Строитель и Собиратель чеченской нации. Он относится к такой категории мусульман в отношении которых можно с уверенностью сказать следующее: Аллах наделил одного из лучших сынов чеченского народа Ахмат-Хаджи Кадырова великой милостью. Читая хадис – «Если Аллах желает кому-то благо, он уделяет его благом понимания религии» — осознаешь, что суть его всецело соответствует жизни этого человека.  И это не удивительно, когда изучаешь потомственную стезю семьи Кадыровых. Им не был чужд поиск исламских знаний, наоборот, избрав столь сложный путь, они стойко переносили невзгоды и трагедии вместе со своим народом. Слова Президента РФ В. Путина дают ясную оценку личности А-Х. Кадырова: «Это был настоящий, героический человек. Всей своей деятельностью он самым убедительным образом доказывал, что нет и не может быть никакого знака равенства между бандитами, террористами и целым народом. Все годы он заслонял собой Чечню и чеченцев. Он ушёл в День Победы. Ушёл непобежденным».
Оглавление:
главы стр.
1. Этапы жизненного пути А-Х. Кадырова 2-3
2. Переломные годы 4- 22
3. Политический выбор и становление новой Чечни 23-27
4. Историческое наследие 28-30
ЭТАПЫ ЖИЗНЕННОГО ПУТИ А-Х. КАДЫРОВА
1.
Для начала следует рассказать о его духовной стезе. Этот почетный путь был начат предком Ахмат-Хаджи, Ильясом, который стал верным спутником и товарищем устаза Кунта-Хаджи, къадасса Аллах1у сиррах1. Устаз Кунта-Хаджи был основателем тариката къадирия в Чечне. Чтобы понять, в каких условиях шло духовное становление, надо вспомнить эпоху Кавказских войн, 19 век. Известно, что Устаз испытал огромные лишения и гонения царской администрации, которая испугалась роста авторитета шейха. Устаз Кунта-Хаджи призывал к миру чеченцев, обескровленных и опустошенных войной людей. Призыв к миру нашёл отклик в душах простых людей, это было время, когда шла речь вообще о существовании народа как этноса. А значит, духовный подвиг Устаза Кунта-Хаджи и его сподвижников, из числа которых был также Ильяс стал примером стойкости духа, приверженности религии и крепости национального самосознания. Укрепляя духовные знания, полученные от своего Устаза, без преувеличения Ильяс вел джихад биннафс (усердие против души).  Пожалуй, самый трудный для человека.
Известно, что на чеченскую землю благими плодами прошёл суфизм, что в дальнейшем стал неотъемлемой частью менталитета народа. В самые тяжёлые времена (войны, депортация) суфизм в виде духовных практик стал причиной того, что Аллах Всемогущий сохранил в народе любовь к религии. Уповая на Творца, в самые трудные годы для народа в восхвалении Его и зикрах, мусульмане находили силы преодолевать выпавшие тяготы и беды. В этом сила нашей религии! Как же точно сказал шейх Закарийя аль-Ансари, да смилуется над ними Аллах: «Ученый, который не обладает знаниями суфиев, подобен сухой лепешке без всякой приправы». Уместно здесь упомянуть из выступления Главы ЧР Р.Кадырова на Международной конференции «Суфизм – безопасность для человека и стабильность для государств», состоявшейся в августе 2014 года в Грозном: «Я   бы хотел напомнить слова первого Президента Чеченской Республики, Героя России Ахмата-Хаджи Кадырова: «В годы самых тяжелых испытаний наш народ сохранил свое лицо благодаря суфизму и зикру. Я не представляю, что было бы с моим народом без них».
Человек, объединивший духовные практики и религиозную науку в семье Кадыровых, был отец Ахмат-Хаджи, Абдул-Хамид Кадыров. Человек искренне полюбивший знание и стремящийся к духовному очищению. Будучи в депортации в Казахстане Абдул-Хамид трудился на опасных и сложных участках. Как мы знаем, это было время, когда советская власть устраивала гонения на религию, объявив её «опиумом для народа». Истина была объявлена вне закона, а значит, врагом. А с врагом, как знаете, не церемонятся. Удивительно ещё то, что ему не навредили те, кто сообщал о нем в органы. Ведь практикующий, т.е., совершающий намаз человек, попадал в поле зрения органов. Система не сломила его, ставшего олицетворением лучших человеческих качеств. И он смог передать любовь к религии своему сыну, Ахмат-Хаджи Кадырову. По свидетельствам очевидцев, его отец Абдул-Хамид будучи в Казахстане не оставлял ни одного намаза, находясь в тех далеко не способствующих свободе вероисповедания условиях прессинга атеистической власти. Ни наветы, ни доносы не сломили его, став в дальнейшем примером истинного служения Аллаху для его сыновей и окружающих.
На долю этого человека выпал, без сомнений, самый сложный этап, не только в его жизни, но и всего народа. Известно, что он получил огромную сокровищницу знаний, учась в Бухарском исламском медресе Мир-Араб. В 29 лет он отправляется на поиск знаний в Узбекистан, это было в 1980 году. По милости Аллаха, полученные знания в благословенном месте, стали основой для дальнейшего развития и распространения религии. Учёба в Мир-Арабе повлияла на формирование целостного религиозного взгляда на политику в том числе. Потом через 2 года он поступает в Ташкентский исламский институт, что становится логическим завершением его студенческого периода.
На Родине Ахмат-Хаджи открывает в с. Курчалой исламский институт, ставший отправной точкой для формирования собственных кадров в сфере культа. Впервые в истории Северного Кавказа начинает функционировать настоящий институт! И это в 1989 году, да, время перестройки, но всё же период властвующего безбожия. Баракат Ахмат-Хаджи в этой связи заключается в том, что обучавшиеся там студенты в дальнейшем станут надёжной опорой в противостоянии против радикалов и сектантов.
Свою жизненный путь он связал с исламскими науками, видя в этом смысл жизни, как, собственно говоря, благородный путь мало-мальски стремящегося к довольству Аллаху мусульманина. Атмосфера семьи Кадыровых, даже в самые трагические годы депортации 1944 года, не оттолкнувших Ислам, но видя в нём отдушину и суть существования, способствовала тому, что Ахмат Кадыров выбрал путь религиозного становления.

ПЕРЕЛОМНЫЕ ГОДЫ

2.
Образ Ахмата Кадырова воплощает олицетворяет собой определенное триединство. Это: образ духовного лица, образ политика и образ хозяйственника. В истории чеченского народа нет, пожалуй, такой политической фигуры, вобравшей в себя все те три положительные качества и сумевшего заложить основы мирного развития. Трагические события мая 2004 года прервали его жизненный путь, но это абсолютно не означало обратимость позитивных процессов, начало коим положил сам Кадыров. «Я – победитель, даже если погибну», говорил он, и был прав, так как своими действиями выражал волю народа на мир. Его слова: «Дал бакъо толайойла, харцо эшайойла!» характеризовали его действия. Ему не было присуще двуличие. Это разительно отличало его от остальных политиков, собирательному образу которых присуще то самое двуличие.
На самые противоречивые и трагические времена пришлась его деятельность в духовной сфере. Разгул бандитизма, хаос, политический раздрай времён правления Дудаева в конце концов не оставили и тени сомнения уже ко времени правления Масхадова о том, что выбранный путь есть ошибочный и тупиковый.
Уже при Дудаеве начался раскол чеченского общества, как по тейповому, так и по внутриконфессиональному признакам. Обманутый ичкерийскими властями народ метался от стороны в сторону, ища некое подобие стабильности и понимания того, что вообще происходит. В это время Ахмат Кадыров, муфтий непризнанной государством Чечни старается наладить работу духовного управления, взаимодействия между имамами населенных пунктов. Элементарный порядок, что требовался на местах, резко воспринимался еще при Дудаеве появившимся заезжими эмиссарами, «лекарями душ». Они пришли с новым для мусульман ЧР пониманием религии, их первоначальная тактика по умиротворению сознания верующих дала им успех в том, что было усыплена бдительность простых граждан республики, не видящих ничего страшного в проповедях, по большей части, духовно-нравственного характера. Это потом они возьмут в руки оружие, чтобы убивать, карать тех, кто не с ними, те, кто по их версии «кафир» и «мушрик». Эти новомодные течения разоблачал тогдашний муфтий А. Кадыров. Справедливости ради надо сказать, что в те годы мало, кто внимал голосу разума. Эйфория вседозволенности вперемешку с необузданной претензией на уникальность преподнесла жесткий урок определенной части чеченской молодежи, впитавших в себя ваххабизм или хабашизм. Последний вид радикализма появился в ЧР ещё при Дудаеве после его визита в Ливан 1993 года. Разрушительность подобных течений для традиционного чеченского общества отмечал и по мере сил боролся против них чеченский муфтий. Присущая ещё с советских времён неорганизованность и инертность тогдашних мулл играла на руку приезжим проповедникам.
Говоря о его деятельности на посту муфтия республики, следует упомянуть следующий факт, характеризующий его приверженность религии. С весны 1997 года в самопровозглашенной Ичкерии активно проталкивается идея введения шариатской системы судопроизводства с перспективой установления на всей территории шариатской форму правления. Идея по сути, близкая любому мусульманину, но здесь нужно уточнить принципиальные моменты. О чём не однократно заявлял сам Ахмат-Хаджи: «Если даже мы все единогласно выступим за введение шариатского суда, располагаем ли мы специалистами, подготовленными для работы в этой области, знатоками применения шариата и его довольно сложных, разнообразных норм? – Нет, таких людей у нас нет… Мы не имеем права скоропалительно вводить это новое для нас и очень ответственное дело».  Ему противостояла группы ваххабитов, возглавляемые Ш. Батукаевым, И. Умаровым и З. Яндарбиевым. В их руках были практически все СМИ республики, соответственно, они могли свободно вести свою пропаганду. Экстремисты умело смогли воспользоваться протестными настроениями в молодежной среде тех лет, вербуя всё новых и новых сторонников. Противостоял этому хаосу Ахмат-Хаджи с горсткой сторонников.
Поспешно введённый УК на псевдо-шариатский лад вызывал критическую оценку не только самих граждан республики. Так, известный востоковед Владимир Бобровников в своём интервью говорит следующее: «Иногда доходило до смешного. Например, знаменитый уголовный кодекс Чечни 1996 года, о котором многие слышали, но который мало кто читал, был практически полностью списан с Уголовного Кодекса Судана, принятого за несколько лет до этого в соответствии с маликитским мазхабом (правовой школой), — в то время как в Чечне преобладает шафиитский мазхаб. Сторонники введения данного закона в Чечне так торопились, что забыли заменить в некачественно выполненном подстрочном переводе указанного кодекса Судана многие местные реалии. Например, там остались штрафы в суданских фунтах. Плата за кровь должна была взиматься верблюдами. А где вы найдете в Чечне, например, сто верблюдов за убийство дееспособного свободного мужчины, как того требует закон? ». Поспешность, с которой выступили они и другие лидеры ваххабитских ячеек в республике тех лет, станет причиной недовольства и негативного восприятия в дальнейшем самой темы шариатского правления в среде народа. Об этом говорит также чеченский историк и философ В. Акаев: «Боясь быть обвиненными в вероотступничестве, многие граждане-мусульмане не решались публично выступить против введения шариата… Шариатское правление в Чечне, попытки ваххабизации во многом закрытых чеченских и дагестанских традиционных обществ и создания «кавказского халифата», религиозно-политический авантюризм и экстремизм исламистов, порождавшие противоречия, столкновения между верующими разных духовных ориентаций и между ними и органами государственной — привели к неоправданным человеческим страданиям, явились серьезными факторами угрозы для общества и государства».  Акаевым точно было подмечено –попытка ваххабизации. Переформатирование чеченского общества на экстремистский лад привело к плачевным последствиям, как в вопросе имиджа республики, так и в росте напряженности в обществе, разделения его по внутриконфессиональному признаку. Ломка традиционных представлений и ревизия ценностей принесла чеченскому народу горе. Под вывеской обновления и очищения религии в чеченское общество было привнесено чуждое и доселе незнакомое – терроризм. Противостоять этому явлению – было одной из важных задач, что поставил перед собой Ахмат-Хаджи.
Ему никак не могли простить несговорчивости сторонники радикальных течений особенно в годы правления Масхадова, осуществляя теракты в отношении А. Кадырова. Гибли его немногочисленные соратники, но никак не сломило решение муфтия стоять до конца против «чистильщиков» религии, осознавая их истинную сущность. На удивление его врагам, он не отрекся, не отчаялся.  Ведь мусульманин должен боятся лишь ослушания Аллаха, Его заповедей. Тем более тот, кто посвятил свою жизнь джихаду на пути Аллаха. Его пытались запугать радикалы и террористы. Но пусты дела их, ведь он, уповая на Аллаха, осознавал, что, будучи муфтием республики несёт огромную ответственность за людей. Именно поэтому он 25 июля 1998 года стал инициатором проведения в Грозном Конгресса мусульман Северного Кавказа , где впервые в истории столь крупного межрегионального собрания был осуждён ваххабизм, как деструктивный элемент в религиозной и политической жизни мусульман. Сам факт проведения такого мероприятия в республике, заражённой вирусом ваххабизма, являлось признаком гражданского мужества, патриотизма и религиозного долга.
К сожалению, территории бывшего СССР с преимущественно мусульманским населением стал полигоном для новоявленных проповедников, так называемого, "чистого ислама". Под личиной очищения религии от ширка и ереси радикалы захватывали не только мечети, но и умы, сознание молодёжи. Внешние враги Ислама не принесли столько бед, как те, кто, прикрываясь исламской религией, творил беззаконие и распространял нечестие. Эта беда коснулась в 90-е годы и Чечню. Ахмат-Хаджи распознает эти движения, и даёт им верную оценку — это сектанты и хариджиты.
Неоднократно он заявляет с трибун, на ТВ и на страницах прессы, что чеченцы столкнулись не с возрождением религии, а с атакой на духовные ценности народа.  Он предостерегал тогдашние власти о неминуемом глубоком расколе в обществе по религиозному признаку. Что, собственно говоря, и случилось в годы власти Масхадова, пролилась первая кровь между чеченцами по религиозному признаку в Гудермесе, (а до этого, по политическим мотивам ещё в 1993 году). Одна партия, те, что себя называли салафитами противостояла другой – тех, кого они называли мушриками. Всему этому нужно было положить конец. Горстка самоотверженных патриотов противостояла разрушительной идеологии ваххабизма. 1997 и 1998 года были особенно сложными для Кадырова и его окружения.
Религия в дальнейшем стала основой для такой сферы, как политика. Она помогла ему стать помогла успешным политиком. Став руководителем с июня 2000 года региона в самый жёсткий период для народа, когда царил хаос в республике, Ахмат-Хаджи сразу берётся за дело. Ведь, ему доверили восстановить мир и порядок. Чуждая ранее, как сфера приложения сил, политика вошла в семью Кадыровых, и словно набат призывала спасти народ. Мирный процесс, им начатый, нашёл мощные препятствия, как со стороны ушедших в лес, так и тех федералов, что пытались как можно дольше продлить войну. Быть между двух огней и убеждать население в том, что республика зацветет в начале 2000х казалось безумием. Но прозорливость Ахмат-Хаджи, его непоколебимая вера в победу принёс благо всему народу. Одним из его решений, надо отметить, явилось его распоряжение летом 2001 года о запрете идеологии ваххабизма в ЧР. Была тем самым была юридически установлена норма, позволившая более активно вести агитационную работу по противодействию идеологии сектантов. Единственное на то время на постсоветском пространстве попытка на правовой основе поставить преграду распространению идеологии разрушения и крови. Один из его первых положительных дел во время начала второй войны в ЧР была мирная передача Гудермеса под контроль федеральных сил. Это было в ноябре 1999 года. В отместку за это Масхадов увольняет его с должности муфтия с формулировкой – «враг чеченского народа»: «Масхадов не имел права меня снимать, я был избранный муфтий. Это могли сделать только имамы районов. Он издал указ президента, что снимает меня за то, что я предал ислам. Что я тогда, по Масхадову, только не предал, кроме него самого. На одной из наших встреч он снова предложил мне провозгласить джихад. Я отказался. "Басаев — бандит, я — муфтий. Бандитская война — это не джихад, и я не могу брать на себя такую ответственность, потому что отвечаю перед Аллахом". Но тогда я сделал ему предложение. "Аслан, — сказал я ему, — у тебя остался один шанс из тысячи. Ты должен издать указ президента Ичкерии, которым запретишь на территории Чечни ваххабизм, вышлешь всех иностранцев во главе с Хаттабом и разжалуешь Басаева с возбуждением против него уголовного дела. С этим документом мы будем ходить по всему миру и кричать, что сами хотели справиться с бандитами. И что Россия искала повод, чтобы ввести войска в Чечню". "Хорошо, — сказал он, — а есть гарантии, что российские войска не войдут в Чечню?" — "Гарантий никаких нет, но есть шанс". Он мне не поверил. Через месяц издал указ ». Шанс, хотя бы сохранить лицо, был, но руководство Ичкерии было ведомо иными соображениями…
Кто оказался реально врагом стало после омерзительных действий бандитов по захвату заложников в Беслане 1 сентября 2004 года и увеличения количества терактов по ЧР. Совершавшие эти и другие злодеяния есть настоящие враги и предатели народа и религии! Масхадов вообще не имел права убирать с должности муфтия Кадырова в виду одной и очень важной причины: не он его избрал на тот пост, для этого есть соответствующие процедуры с участием духовенства. Ахмат-Хаджи, фактически, заложил основы по укреплению духовного иммунитета нации.
Духовные лица потихоньку стали вести работу по разъяснению пагубности радикальных течений. Свойственная ещё с советских времён некая инертность в вопросе активной гражданской деятельности тогдашние имамы, муллы по большей части сторонились активного участия в общественной жизни. Изучая их представления, можно было сказать, что Ислам – это только намаз, бракосочетание и похороны. А. Кадыров доказал насущную необходимость в активном участии духовенства в жизни общества по весьма простой причине: в то время, как проявляющие инерцию муллы загнали религию в чисто ритуальные формы существования, новоявленные же «улемы» (ваххабиты, хабашиты и шииты) давали ответы на возникающие вопросы у молодежи. Новизна общения и тем, поднимаемых такими «улемами», дававшими простые ответы на сложные вопросы, способствовало привлечению всё большего количества молодежи в ряды сектантов. Водораздел дошёл до того, что внутри чеченских семей, (что было немыслимо раньше!), брат шёл на брата, сын на отца. Разложение традиционной чеченской семьи началось именно с появления таких «улемов». Противопоставить этому надо было ту самую религию, чьим именем прикрывали свои грязные делишки новоявленные «улемы». Особо ожесточилась борьба за умы молодежи в годы после 2000 года. Чеченской стороной на первоначальном этапе было предпринято ряд мер по двум основным направлениям: борьба против сектантской идеологии посредством активизации работы духовных лиц и силовые операции против вооруженных бандитов и сектантов. Благо, религиозная основа есть таким действиям. Даже был провозглашен джихад против ваххабитов в августе 2005 года тогдашним муфтием Султаном Мирзаевым, что явилось необходимым моментом в усилении борьбы против террористов. Тогда первый вице-премьер правительства ЧР Рамзан Кадыров, приветствуя решение муфтията об объявлении джихада ваххабизму, заявил журналистам следующее: «все ученые-богословы, религиозные деятели были единогласны во мнении, что ваххабизм — зло, которое надо уничтожать, и носители этой идеи — международные террористы… Они не только враги ислама, но и всего человечества, так как проливают кровь невинных людей, и я не вижу другого способа противодействия им, кроме физического уничтожения» . Террористы не оставили выбора, в первую очередь, для себя: борьба против них вышла на более высший уровень, была дана юридико-богословская оценка деятельности террористов.
Ранее в годы Ичкерии немыслимое явление для ДУМ ЧР — создание собственной полиграфической базы и исламской масс-медийной площадки в виде ТВ и радио стало сильным подспорьем в вопросе распространения религиозного просвещения и противодействия экстремизму. Так, газеты «Ан-Нур» («Свет») и «Исламан з1аьнарш» («Зори Ислама»), ТРК «Путь» стали локомотивом в это нелегком процессе. Всё это стало возможным благодаря заложенной основе религиозного просвещения усилиями Ахмата-Хаджи. Необходимость использования этого ресурса стало очевидным особенно в годы Ичкерии, когда, как после дождя, плодились различные радикальных газеты, малые ТВ-каналы, радио. В те годы не представлялось возможным в силу объективных причин соразмерно угрозе проводить работу по противодействию экстремистской идеологии. Элементарно не было в те годы понимания у тогдашнего руководства Ичкерии необходимости противодействия. А его и не могло быть в виду того, что во власти были откровенные временщики.
Вообще, уникальное сочетание религиозного знания и мирских наук позволяет говорить о нем, как о полноценном человеке, ставшего на путь спасения народа. По милости Аллаха он сумел вырвать из мясорубки войны республику, вдохнув надежду на мирное будущее.  Человек, стремящийся к справедливости, непобедим!  Это доказал ценой своей жизни Ахмат-Хаджи!
После назначения Ахмат-Хаджи Главой чеченской администрации помимо активизации в духовной сфере работа шла активно и на социально-экономическом направлении. При нем, еще с 1992 года, не видевшие пенсий граждане ЧР, смогли стабильно получать соответствующие выплаты. В республику пошли федеральные средства. Нужно отметить одну особенность, отличавшую Чечню Кадырова от Чечни Завгаева. Свойственное последней форме правления многочисленные факты воровства, казнокрадства и прочего были сведены к минимуму при А. Кадырове. Здесь он зарекомендовал себя, как человек, жесткий и крепкий хозяйственник, что опосредованно отразилось на состоянии республики: она потихоньку стала возрождаться. При всей сложности вопроса в сфере строительства и сельского хозяйства при Кадырове были установлены внятные правила, разительно отличавшиеся от тех, что были при Завгаеве, к сожалению, не сумевшем наладить порядок, например, в финансовой сфере. Команда Кадырова – это словосочетание было не нечто эфемерным, а имеющим ясное физическое воплощение. Он собирал вокруг себя лиц, обладающих двумя отчетливыми качествами, это: патриотизм и профессионализм. Отсутствие одного из вышеуказанных элементов в условиях тогдашней Чечни могли обернуться куда более тяжкими последствиями, чем текущая ситуация. Кадыров на высшем уровне поднимал вопросы возрождения промышленности и скорейшему решению вопросу по безработице. При ичкерийских властях количество безработных достигало 300 тыс. человек, и эти цифры на момент управления А. Кадыровым никуда не исчезли. И с этой проблемой надо было что-то делать!
Вопрос дотационности республики им воспринимался, как фактор переходного развития, имеющий объективные причины. Разного рода экспертами, в основном – либерального или националистических направлений в начале 2000х был введён термин «черная дыра», говоря о Чечне. При этом, ими же умалчивается тот факт, что не менее 70 регионов РФ находятся в состоянии хронической дотационности. Термин имел явное ангажированную сущность. Памятуя прошлое, в сознании российского обывателя создавался не без усилий вышеуказанных элементов образ Чечни, как «черной дыры». Для того, чтобы опровергнуть это необоснованное выражение для новой Чечни, нужно вспомнить интервью тогдашнего министра финансов ЧР Э. Исаева: «Что касается бюджета Чеченской Республики, то более или менее соответствовать этому названию он начал лишь с 2003 года. До этого, с 1999 года, несмотря на титаническое сопротивление назначенного в 2000 году Главой Администрации Чеченской Республики А.А. Кадырова, государственные расходы в республике бесконтрольно осуществлялись эмиссарами из центра за счет также бесконтрольно выделяемых средств федерального бюджета, которые якобы направлялись на воссоздание легитимных органов и учреждений республиканской и местной власти и обустройство систем жизнеобеспечения республики. Первый перелом, в результате которого списываемые на Чеченскую Республику федеральные средства стали в какой-то мере упорядочиваться, а так называемая «черная дыра» для федеральных денег в Чеченской Республике — приобретать более мягкие оттенки, произошел в конце 2002-начале 2003 годов, опять-таки благодаря решительным усилиям того же Главы Администрации Чеченской Республики А.А. Кадырова, избранного позднее первым Президентом Чеченской Республики» . Усилия по нормализации финансового процесса и установления его прозрачности имели успешный результат: при А. Кадырове Чечня на деле избавилась от необоснованной формулировки — «черная дыра». Последующие действия властей доказали всю глубину пропагандисткой сущности античеченской политики либералов и националистов в России. Поднимающаяся из руин республика стала доказательством эффективности деятельности руководства республики. А на 90% финансируемый республиканский бюджет из Москвы был обусловлен итогами известных двух опустошительный войн, прошедших на территории ЧР. При этом республика умудрялась добывать нефть, газ, делать налоговые отчисления в тот самый федеральный бюджет, что приобрело свойство стабильного процесса. Началом роста, например, налоговых отчислений можно считать 2013: «Так, как было отмечено на коллегии налоговиков, в январе-сентябре 2013 года мобилизовано налогов, сборов и иных обязательных платежей на сумму 8,1 миллиарда рублей. Темп роста поступлений к аналогичному периоду 2012 года составил 109,1 процента или больше на 679,2 миллиона рублей ». А нефти – полтора миллиона тонн в год , что положительным образом отличается от данных за 2001-2002 г.г.: «В Чечне за 1-е п/годие 2002 г. добыто 816 тыс. т. нефти, на 100 тыс. т больше, чем за тот же период 2001 г. 721 тыс. т. экспортирована, получен доход в 2.6 млрд руб. (82 млн дол.) ». Опираясь на данные по предполагаемым запасам (около 150 млн. тонн), становится ясно, что развитие экономики ЧР будет идти не по сырьевому пути, а по пути диверсификации экономики. Т.е., по пути развития новых видов производств и расширения их мощностей. Это видение было озвучено ещё Ахмат-Хаджи Кадыровым. Рамзан Кадыров делает акцент на улучшении инвестиционного климата республики, что выражается в появляющихся новых точках роста в различных сферах экономики. Согласно оценкам специалистов в годы Ичкерии добыча нефти стабильно снижалась: данные из «Социально-экономической стратегии Чеченской Республики до 2025 года» — в 1993 году добывалось 2,64 млн. тонн, а в 1999 году официально всего лишь 400 тонн , какая-та часть разворовывалась. До чего дошла ситуация в те годы, когда стоял вопрос о введении военного положения в нефтегазовом комплексе республики, точнее, для охраны того, что осталось от советского наследия. Эта инициатива нефтяников не дала результата, только привела к жертвам среди сотрудников правоохранительных структур. На фоне этого всего нынешний темп по добыче нефти можно считать положительно стабильным.
Ухудшение состояния нефтегазового комплекса в республике годы правления ичкерийцев помимо всего прочего было связано с тем, что начавшийся ещё в 1993 году при Дудаеве отток русскоязычных специалистов ударил по производительности труда и выпуску продукции. Этот процесс приобрёл при Масхадове необратимый характер. Многочисленные обращения коллективов не возымели должного эффекта на тогдашние власти. Дело в том, что на данном комплексе ещё с советских времён основная часть работающих были представители русскоязычной части граждан ЧИАССР, которые составляли треть от всей численности населения в целом. Существующая политика дискриминации при Советах отражалась напрямую в вопросе трудоустройства чеченцев и ингушей. Определенной отдушиной тогда, как известно, были, так называемые, «шабашки», (выезд в иные области, районы СССР на сезонные строительные работы). По оценкам историков, до 300 тысяч жителей ЧИАССР были задействованы в этом процессе внутренней трудовой миграции. Всего по переписи от 1989 года количество жителей было 1 275 513 человек. Минусовав граждан ингушской национальности, можно узнать примерно сколько жителей было в новообразованной ЧР в 1991 году, а именно около 1 064 000 человек: это можно предположить с учётом динамики прироста лиц чеченской национальности, что с 1989 года по 1991 год прибавилось не менее 20 тыс. человек.
Возвращаясь ко временам Ичкерии, следует сказать, что отток был не только из числа русскоязычного населения: образно говоря, от такой независимости бежали и сами чеченцы. Данные по численности населения самые противоречивые (по переписи времён Ичкерии). Перепись в ЧРИ проводилась с августа по октябрь 1998, что насчитала жителей республики в количестве 797 тыс. человек. Для тогдашних властей был важен не сам факт существования на тот период времени такого значительно количества населения, проживающих в условиях разрушенной республики, а желание продемонстрировать всему миру, «каков патриотизм в независимой Чечне». Верить информации, что распространялось ичкерийскими властями при Масхадове не приходится в виду того, что в ходе переписи использовались данные об умерших гражданах, да и сама работа проводилась небрежно: «Эти три месяца переписчики проводили подворные обходы — возможно, не везде одинаково тщательно, но к некоторым респондентам домой приходили по три раза, и лишь на третий раз заставали и анкетировали ». Историк-кавказовед Джабраил Гакаев приводил иные данные: «Над Чечней реально нависла экологическая и эпидемиологическая катастрофа. Города и разрушенные села практически не восстанавливались, люди жили в разбитых кварталах, где уже давно нет ни канализации, ни воды, а часто — и электричества. Медицинское обслуживание, по существу, отсутствовало. Люди умирали от массовых болезней и голода, особенно высока смертность среди детей, практически все население нуждается в психотерапии. Школы, вузы практически не работали, кроме нескольких частных колледжей. Усилился процесс арабизации образования. В Чечне явно обозначились признаки распада хозяйственных, культурных связей внутри социума. Из Чечни продолжался исход населения. По данным последней переписи (1989), здесь проживало 1270 тыс. человек, из них более 30 % русских и русскоязычных. Перед началом второй чеченской кампании население Ичкерии не превышало 400 тыс. (русских в Чечне осталось около 50 тыс.), здесь остались только те, кому некуда деться ». Иные данные приводит «Датский Совет по Беженцам», являвшийся в те годы основным партнёром УВКБ ООН на Северном Кавказе, указывающий иную цифру, зима 2002 года – 600 тыс. человек . Процесс возвращения из мест временного пребывания начал набирать обороты особенно активно после 2005 года. Что не могло не отразиться на данных переписи от 1 января 2010 года численность жителей ЧР официально составляла — 1 267 740 человек. В ходе второй кампании территорию ЧР покинуло не менее 350 тыс. Человек, основная часть которых осела в Ингушетии. И одной из главных текущих задач того периода Администрации А.Кадырова было – возвращение ВПЛ (временно перемещенные лица).
Кроме этого, умелая политика в отношении федеральных сил способствовала тому, что некоторым тогда свысока смотрящим приезжим генералам пришлось отрезветь, отойти от чувства вседозволенности и самомнения. Кадырова за его принципиальную позицию по вопросу «зачисток» и неправомерных действий в отношении мирного населения одни уважали, другие ненавидели. Всё это способствовало тому, что он заставил себя уважать в конце концов и в среде руководства федеральных сил. Именно А. Кадыров при сильном сопротивлении определенных сил в Москве стал инициатором укрепления не на словах, а на деле чеченских правоохранительных структур. Легитимация шла очень сложно, но ему удалось, благодаря поддержки В. Путина, решить и эту задачу.
Также при нем был узаконен процесс возвращения к мирной жизни запутавшихся боевиков, готовых сдаться новой власти, сложив оружие. Этот процесс крайне негативно был воспринят, как самими боевиками, терявшими постепенно возможность влиять на обманутых, так и реакционной частью федеральных сил, желавших, как можно дольше, продлить активную фазу боевых действий на территории ЧР. Благодаря, надо признать рискованной политики, были спасены многие жизни молодых людей, что сейчас приносят огромную пользу народу. Они олицетворяли собой на тот момент мощный идеологический удар по идеи радикализма и терроризма, так как форма сопротивления федеральным силам и местным правоохранительным структурам приобрела окончательно вид настоящей террористической войны против народа. Соответственно, благодаря вескому слову А. Кадырова, давшего слова гаранта за сложивших оружие уже бывших боевиков, они получили новый шанс и понимание того, что терроризм не их выбор. Сдавшиеся влились в новые подразделения по борьбе против террористов.
Враги народа называют этот процесс «чеченизацией конфликта». Они глубоко ошибаются. Та самая чеченизация произошла, когда в годы правления Дудаева чеченцы повернули оружие против чеченцев, события 1993 года тому явное доказательство. А. Кадыров сумел организовать самое настоявшее чеченское сопротивление той заразе, что поразила определённую часть республики. Ситуация усложнялась, что в Чечню попали террористы из 51 страны. А значит, не с простым противником пришлось столкнутся А. Кадырову. Боевой опыт бывших боевиков позволил за короткий период времени сформировать боеспособную организованную и военизированную структуру, что позитивно отражалась на сводках МВД и других правоохранительных структур, когда удалось переломить ситуацию. Результативность действий чеченских правоохранителей дополнительно стала одной из причин того, что 16 апреля 2009 года был отменён режим КТО.

aligrozny.livejournal.com

Добавить комментарий