Поиск

Так рождается сказка


— Послушай-ка, Якоб, у меня тут появилась идея. Идея для новой сказки…
— Ну-ну.
— Да, вот слушай. Жила-была девочка. Ну, к примеру, Марта…
— Марта? О, Вилли, помнишь ту трактирщицу из Рагенсбурга? Ну да, ту самую с крепким задом, ее как раз звали Марта. Помню, мы с ней однажды…
— Якоб, я так понимаю, ты против, чтобы нашу маленькую героиню звали Марта?
— Ну, не то чтобы я против… хотя если у нее будет такой же крепкий зад…
— Ладно-ладно, пусть не Марта, пусть Эльза…
— Ха, Эльза! Эльзой звали сестру хромого Анхеля. Ты помнишь Анхеля? Вот, кто был не дурак выпить, а когда он напивался вдрызг, мы с Эльзой…
— Все, довольно, Якоб, с меня твоих похождений. Пусть эту девочку никак не звали. Да, пусть так! Пусть у нее была красная шапочка, которую ей сшила заботливая матушка, и все поэтому так и называли ее – Красная Шапочка. Эй, Якоб, надеюсь, у тебя никого не было в красной шапке?
— В красной шапке? Погоди, Вилли, дай подумать. Была Ирма, она носила белый чепец, Софи, та вообще ходила без шляпки, Клара… У Клары что на голове, что в голове всегда гулял ветер, Вероника… Нет, Вилли, в красной шапке никого не припомню…
— Вот и славно. Так вот. Однажды матушка напекла пирожков и велела Красной Шапочке отнести их больной бабушке…
— А у старушки была гангрена. Помнишь, Вилли, старую фройляйн Кауфман? От ее больной ноги воняло так, что вороны дохли на ветках…
— Нет-нет, Якоб! Никакой гангрены. Бабушка просто заразилась…
— Холерой!
— Нет, Якоб, нет! Обычный насморк. Обычный. Не французский. Хорошо?
— Хорошо.
— Так вот. И пошла наша Красная Шапочка через лес…
— Так короче?
— Ну, наверно… Якоб, перестань задавать глупые вопросы, ты меня сбиваешь.
— Хорошо, Вилли, не буду.
— Значит, пошла она через лес, а навстречу ей волк!
— Оборотень?
— Почему оборотень?
— Ну, в лесах, бывает, водятся оборотни. Знаешь, такие страшные… на боках проплешины, с когтей капает кровь, а из пасти смрад полупереварившихся кишок…
— Фу!
— Конечно, фу. А ты что хотел от оборотня?
— Погоди, Якоб, это детская сказка. Не будет никакого оборотня.
— Не будет? А помнишь те сказки, которые нам рассказывала в детстве фрау Шульц?
— У фрау Шульц с головой было не все в порядке.
— Очень может быть, но ее сказки были интересные.
— От ее сказок ты писался в постель, Якоб!
— Ну может быть, пару раз. Ладно-ладно, не сердись, Вилли! Твои сказки тоже ничего. Продолжай. Встретился девочке волк, ну.. ну же, что дальше?
— Что дальше, что дальше. Я уже потерял нить повествования… а все ты со своим оборотнем и кишками… Ладно, дальше…
— Я знаю, что дальше, Вилли! Он ее съел! Волк съел девочку. Сожрал. Схрупал. Похрустел косточками.
— Нет.
— Нет?
— Нет.
— Вилли, тут я с тобой не соглашусь. Как может волк не съесть маленькую девочку? Так не бывает.
— Погоди, Якоб, это был очень хитрый волк. Он решил убить двух зайцев разом…
— О, так там еще и зайцы были?
— Нет, это образное выражение, Якоб. Волк захотел съесть бабушку и внучку. Поэтому он все сначала вызнал, где бабушка живет, как до туда добраться…
— Погоди-ка, погоди-ка, Вилли. И эта Красная Шапочка вот так прямо все ему и выложила?
— Да!
— Он ее пытал? Жарил на углях? Подпаливал пяточки? Щекотал?
— Нет.
— Нет?
— Нет.
— Вилли, тогда эта девочка просто дура!
— Она – маленькая и наивная.
— А я тебе говорю, дура!
— Якоб, почему в тебе так силен дух противоречия? Пиши тогда свою сказку, раз ты такой умный.
— Вилли, э, Вилли, ну не дуйся, пожалуйста. Беру свои слова обратно. Чего там дальше?
— Дальше, волк побежал и съел больную бабушку…
— Постой, она же была больна холерой?
— Ну и что? Тьфу, Якоб, какой холерой? У нее был насморк. А волкам, им, знаешь ли, наплевать на насморк, они – ам – и сожрали бедную старушку, та и пикнуть не успела.
— Не, Вилли, погоди, как это не успела? Наверно, она кричала. Визжала истошно. Стонала, обливаясь кровью, пока волк выворачивал из нее все внутренности…
— Нет, Якоб, нет. Она сразу умерла. Бац и все!
— Сердечный приступ?
— Оооох, Якоб, хорошо, пусть будет сердечный приступ… Вот, старушка померла, волк ее слопал и переоделся бабушкой…
— Так-так-так, волк трансвестит… это уже, Вилли, куда как интереснее…
— Да не трансвестит он, обычный волк, только очень хитрый. Это у него был план такой – переодеться бабушкой и обмануть Красную Шапочку.
— План? Я чего-то ничего не понимаю уже, Вилли, но ты продолжай, продолжай…
— Так вот, значит. Пришла Красная Шапочка, а Волк лежит в постели, переодетый бабушкой. И Красная Шапочка ему и говорит: бабушка, бабушка…
— Постой-ка, Вилли… Ты что же, хочешь сказать, что девочка не смогла отличить волка от бабушки?
— Ну… да, не смогла…
— Знаешь, Вилли, я вспомнил, кто носил красный капор. Роза-дурочка, дочка портного Фрица. Ты еще клинья к ней подбивал, помнишь?
— Я? Да что ты такое говоришь, Якоб?
— Да-да, так и было. Сдается мне, твой Красная Шапочка – Роза-дурочка и есть.
— Ну знаешь ли, Якоб! Это уже ни в какие ворота не лезет!
— Так и я про то, Вилли! Слыхано ли дело, про Розу-дурочку в книжках писать, да еще и про капор ейный. Ты б еще про папашу Розину сказку сочинил. Что-нибудь эдакое… про портного…
— О, Якоб, это идея! Вот, слушай! Жарким летним днем сидел один портняжка, скрестив ноги, на своем столе у окошка… kolobok-forever.livejournal.com

Добавить комментарий