Поиск

К годовщине аратской революции



Картина китайского художника изображает встречу В. И. Ленина с вождём монгольской революции Сухэ-Батором

11 июля — день Аратской революции в Монголии (1921 год). В этот день в стране была провозглашена народная власть, хотя формально монархия во главе с богдо-ханом просуществовала до его смерти в 1924 году. У Советской России появилась первая дружественная держава, во главе которой стояли левые революционеры. А в самой Монголии были начаты социальные преобразования, в результате которых из отсталой страны с отжившими средневековыми порядками она превратилась в современное государство.
Монгольская революция не только имела самостоятельное значение (наряду с русской и китайской), но и внутренняя борьба среди её руководителей вспыхнула, к сожалению, раньше, чем это произошло в СССР.


Монгольские революционеры. Слева направо стоят: неизвестный, неизвестный, Элбекдоржи Ринчино (расстрелян в 1938-м), Солийн Данзан (расстрелян в 1924-м), Сухэ-Батор (умер в 1923-м), Ажвагийн Данзан (умер в тюрьме в 1932-м), Б. З. Шумяцкий (расстрелян в 1938-м), неизвестный, Догсомын Бодоо (казнён в 1922-м).
«История — мамаша суровая». (В. И. Ленин)

Из книги Михаила Колесникова «Сухэ-Батор»:
«И вдруг от Чойбалсана была получена телеграмма.
«Наши торговые дела идут хорошо, — читал Сухэ-Батор, и пальцы его дрожали. — Почему задерживается выезд остальных? Напоминаю, что необходимо привезти подарок от богдо».
— Он в России! — воскликнул Сухэ-Батор. — Нужно письмо с печатью богдо…
Но Жамьян каждый раз приходил с понурой головой:
«Нет, Пунцук-Дорджи не удалось доложить богдо о письме»… Сухэ-Батор едва сдерживал себя. Он мысленно награждал «многими возведённого» самыми нелестными словами. Если бы можно было ворваться во дворец и под дулом револьвера заставить эту старую слепнущую клячу, этого закоренелого сифилитика и пропойцу поставить печать на документе!..
Терпение истощалось. Глупая формальность. Но как много значит она сейчас!..
Разбитый и усталый возвращался Сухэ-Батор в свою юрту. Играл с сыном Галсаном, но лицо было сурово. Янжима безмолвно смотрела на мужа. А глаза опрашивали: «Ну как? Удалось поставить печать?»
И Сухэ-Батор, понимая этот безмолвный вопрос, сдерживая раздражение, отвечал:
— И на этот раз ничего не вышло. «Многими возведённый» беспробудно пьян. Вчера его отливали водой…
Вернулся сияющий Жамьян, протянул бумагу. Сухэ-Батор не верил глазам: на письме стояла печать богдо! Значит, Пунцук-Дорджи сделал своё дело.
В Россию, в Россию, на север!..»


Трон Богдо-хана в его дворце-музее foto-history.livejournal.com

Добавить комментарий