Поиск

Борьба с бюрократизмом и коррупцией в КНДР


Константин Асмолов, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».

23 декабря 2016. г. Председатель ТПК Ким Чен Ын при открытии I Общепартийного слета председателей первичных партийных организаций выступил с речью, в которой автор усмотрел несколько важных моментов.

Ким сказал, что «исход верного претворения в жизнь линии и политики партии полностью зависит от идейно-политической зрелости, организаторской способности, революционного задора и стойкого размаха председателей первичных парткомов… Недостатки, наблюдающиеся среди некоторых партработников, препятствуют развитию нашей работы и ослабляют роль нашей партии в массах».

На следующем выступлении на той же конференции Ким призвал «поднимать решительную борьбу с административно-бюрократическими тенденциями в партийной работе». Он не только дал указание начать широкую идеологическую борьбу против чрезмерного бюрократизма, который становится причиной злоупотреблений и коррупции, но и открыто указал, что есть партийные организации, которые лишь на словах проводят политику партии, не принимая реальных мер по её реализации.

По данным агентства ЦТАК, Ким подчеркнул, что в партии есть отдельные группы, в которых распространены «пораженческие» настроения. Между тем, в случае неудачи в борьбе с бюрократизмом партия может считаться изжившей себя политической организацией, не способной продолжать революцию.

В своем выступлении он объявил о решении начать масштабную идеологическую борьбу против бюрократизма с целью уничтожить последствия этого явления, в том числе коррупцию. В качестве способа выполнения поставленной задачи Ким Чен Ын отметил необходимость разделения с простым народом всех невзгод и трудностей. Северокорейский лидер заявил, что партийные работники должны не давать указания народу, а подчиняться его воле.

Подобные заявления Ким делает не впервые. Вот цитата, которая кажется мне характерной: «Недавно я сказал, что дело должно быть сделано так, чтобы люди всегда, где бы они ни находились, кричали: «Да здравствует Трудовая партия!». Смысл моего совета заключается в том, чтобы люди по своей воле кричали: «Да здравствует Трудовая партия!», причем везде – не только на митингах, но и в одиночку на уединенном острове или в горной глуши. Если наши руководящие работники, слуги народа, проливая пот патриота, будут всегда на ногах, протирая, как говорится, подошвы своей обуви ради умножения богатства и могущества нашей страны, нашей Родины и создания людям условий для зажиточной жизни, то народ всегда и везде будет из глубины своих сердец кричать: «Да здравствует Трудовая партия».

Таким образом, Ким Чен Ын понимает, что уважение к режиму должно идти от сердца и, во многом, от повышения уровня жизни с тем, чтобы люди видели, что представители власти реально вкалывают на их благо. Стиль руководства Ким Чен Ына тоже соответствует этому высказыванию, — он весьма активно мотается по стране, занимаясь руководством на месте. Небольшие размеры страны позволяют осуществлять режим ручного управления с достаточной эффективностью, и распространяемая информация о его поездках позволяет сделать вывод о широком спектре курируемых объектов.

Однако сказанное с трибуны может говорить о том, что проведенное мероприятие имеет весьма важное значение. Во-первых, в этом можно усмотреть попытку Ким Чен Ына начать поиски своей «группы поддержки» за счет относительно молодых и инициативных выдвиженцев из низовой бюрократии. Это важно, так как ранее автору не было заметно массовой подготовки нового поколения руководителей. Точнее, нет видимых мер, которые на это указывают вроде «групп трех революций» (были, когда Ким Чен Ир входил во власть) или советских «комсомольских» призывов в партию.

С этой точки зрения секретари первичек – хороший кадровый резерв и возможность со всеми познакомиться и кого-то выделить. Поскольку партийное руководство в низах во многом слито с государственным, секретарь парткома – это второй, а то и первый человек, который занимается решением насущных вопросов, и, к которому, по меньшей мере, могут обращаться за помощью рядовые члены партии.

Во-вторых, Ким Чен Ын открыто поставил вопрос о борьбе с бюрократизмом и коррупцией, а также отметил наличие «пораженческих настроений». Озвучивание подобной проблемы из первых уст говорит не только о том, что проблема имеет определенный размах, но и то, что она открыто признается и с ней будет вестись борьба. В этом контексте, в третьих, можно обратить внимание на то, что Ким Чен Ын всерьез уделяет большое внимание как борьбе за моральное совершенствование облика членов партии, так и за то, чтобы ее престиж базировался на реальных делах и реальных примерах. Это некоторый шаг вперед по сравнению со старыми способами преодоления этого недуга, которые сводились к рекомендациям «пребывать в гуще масс».

Наконец, данное мероприятие можно воспринять, как попытку руководителя страны опереться на низшую бюрократию против высшей. Сложно сказать, испытывает ли Ким Чен Ын объективные или субъективные сложности в управлении, но можно обратить внимание на то, что это управление осуществляется практически в ручном режиме. Ким Чен Ын много ездит по стране, самолично вникая в проблемы на местах, но это же может восприниматься как свидетельство того, что бюрократические структуры достаточно инертны, системы обратной связи работают плохо (это вообще слабое место авторитарных систем), и для того, чтобы выяснить ситуацию на месте, молодому маршалу приходится смотреть на все своими глазами.

Известно, что при Ким Чен Ыне элиту стали активнее трясти, и дело не только в истории Чан Сон Тхэка. Многие заявления высокопоставленных перебежчиков (того же Тхэ Ён Хо) вполне можно читать как «от номенклатуры стали больше требовать и жестче наказывать», в то время как жизнь простого народа действительно становится легче, в том числе с точки зрения того, что государство меньше докапывается до частной жизни граждан.

Известно, что Ким довольно часто меняет руководителей ведомств, повышая или понижая их в звании. Так, за время правления Ким Чен Ына средняя продолжительность пребывания на посту министра обороны составляла девять с половиной месяцев, а продолжительность пребывания на посту начальника Генерального штаба – 11 месяцев. Для сравнения: в годы правления Ким Чен Ира министр обороны в среднем находился на своем посту четыре с половиной года.

Однако и китайские, и российские специалисты отмечают, что ослабление влияния Центра на низы, следствием чего является не только ослабление контроля и вызванная «подпольной экономикой» ситуация, при которой местные кадры широко живут на нетрудовые доходы — серьезная структурная угроза режиму. Хотя местные власти стали больше думать о рентабельности и меньше связывать себя идеологическими шорами, коррупция вклинивается в отношения народа и власти и создает недоверие к ней, в то время как эффективные реформы могут быть проведены только сверху.

От себя я бы добавил, что данная тенденция пестует и прослойку коррумпированных чиновников, которым настолько выгодна существующая ситуация, что ради своих индивидуальных или региональных целей они могут саботировать деятельность Центра по укреплению административной системы и повышению ее эффективности, в том числе создавая стену между Центром и тем, что творится «на земле».

И, видимо, именно потому Ким Чен Ын спустился на эту землю и начал напрямую работать с ее представителями.

http://ru.journal-neo.org/2017/01/24/bor-ba-s-byurokratizmom-i-korruptsiej-v-kndr/

Оригинал взят у remch_ch в Борьба с бюрократизмом и коррупцией в КНДР

kolybanov.livejournal.com

Добавить комментарий