Поиск

Джин Уэбстер «Длинноногий дядюшка»


Давно, когда я еще только начинала учить английский, я занималась с репетитором (нужно было выучить хоть что-то за лето, потому что в школе, куда я перевелась, французского не было совсем, а мы решили, что освоить инглиш будет и легче и полезнее, чем немецкий). Занималась я сначала с одной, которая дала самые азы, а потом занималась с другой — она до сих пор преподает язык в университете на кафедре английского. Помню, что для меня было настоящим шоком, когда чуть ли не на самом первом занятии она дала мне, в числе всего прочего, читать текст — он же был и для домашнего чтения. На текст я большую часть времени смотрела, как баран на новые ворота, ибо там была тьма-тьмущая новых, непонятных слов и какие-то адские грамматические конструкции.
В общем, опуская лишние детали, тем летом текст я освоила всего-ничего, но при этом запомнила имя героини. Ни имени автора, ни названия я толком не помнила, зато все эти годы мне почему-то очень хотелось этот текст все-таки прочитать. Начало, как ни крути, было интересным. И вот, сравнительно недавно, я нагуглила: Jean Webster «Daddy Long-Legs». Двоюродная правнучка Марка Твена, особых звезд не хватала и потрясающий успех приобрела именно эта книга, о которой идет речь — она написана в 1912 году.

Вещь сравнительно небольшая, но настолько славная (именно это слово уместно), что я очень и очень довольна, что наконец-то ее прочитала. В общем и целом, это что-то вроде сказки о Золушке, но оформлено достаточно небанально. По сути, книга описывает отрывок из жизни девушки, выросшей в сиротском приюте, и которой один из попечителей приюта дал возможность поступить и учиться в колледже. Девушка не знала настоящего имени своего благодетеля — управительница приюта сказала, что он весьма эксцентричен и для посторонних зовется Джоном Смитом (в английских традициях совершенно абстрактное и безликое имя, из серии наших Иванов Ивановичей и Петров Петровичей) — но она должна была каждый месяц писать ему письмо о своем прогрессе в учебе. Предполагалось, что по окончании колледжа она должна будет стать «великим автором» и, при написании этих писем, она будет дополнительно оттачивать навыки. Из писем-то, по сути, книга и состоит. Это, что касается общего сюжета, а что до концовки и деталей — очень рекомендую прочитать, если кто не. Потому что книга буквально пропитана и пронизана чистейшим позитивом — человек, выросший в приюте и толком не видевший мира, открывает для себя совершенно новые вещи и радуется им совершенно искренне и с полной отдачей. Возможность учиться, возможность читать книги, возможность позволить купить себе шелковые чулки, первое в жизни лето на ферме, подруги по колледжу, поездка в большой город и много чего еще, чего Джеруша (так зовут девушку) никогда не видела и не испытывала. В одном из писем она говорит, что даже рада тому, что выросла в приюте: это дало ей возможность ценить то, к чему большинство других людей привыкло и совершенно не замечает и не ценит. Каждый миг она открывает для себя что-то новое и живет «здесь и сейчас», от души наслаждаясь текущим моментом. Пока я читала, я чуть ли не постоянно улыбалась — впрочем, жизненные взгляды этой девушки, по сути, совпадают с моими собственными. Может быть мне книга так понравилась еще и поэтому. Но она действительно очень светлая и интересно написана.

Да, языком автор владела прекрасно — я сейчас в полной мере могу это оценить, когда не вынуждена почти о каждом слове спрашивать у репетитора. На русский, кстати, книгу перевели как «Длинноногий дядюшка», что является хитрым финтом переводчика, но, увы, все же не отражающим в полной мере игру слов. Поскольку Джеруша не знала настоящего имени человека, которому должна была писать письма, она придумала ему прозвище. Один раз она его видела, когда он выходил из приюта — против света, со спины. Т.е. видела даже не его самого, а его тень на стене. У тени были очень длинные ноги, потому Джеруша в письмах называет его «Daddy Long-Legs»: по английски так называют пауков сенокосцев (и у них ооочень длинные ноги, если кто не видел). К тому же, «daddy» — по английски «папочка». И, чаще всего, в шапке письма, в обращении, Джеруша часто сокращает прозвище до одного этого слова. Как вывернулись в тексте русского перевода я не знаю, но от прочтения в оригинале я получила колоссальное удовольствие и еще раз очень и очень рекомендую. chto-chitat.livejournal.com

Добавить комментарий