Поиск

РЫБА (проплыла в финал Зарисовки, но не более того)


Рыба
(рыбацкая быль)
Радио вдруг ожило и, сквозь треск помех и атмосферных разрядов раздался мрачный и несколько даже загробный голос:
— Бец, слышь, Бец. Не ходи завтра на рыбалку – худо будет, – и замолкло.
Бец ухмыльнулся, показал транзистору дулю и продолжил укладывать снасти.
Утром явился Вец, как всегда в своём дурацком сомбреро, в штормовке, в закатанных до колен штанах и в штиблетах на босу ногу. В одной руке уда фирмы «Бельцер», в другой жестянка с червями, из-под штормовки выпирают деревянные рукоятки двух гранат «Хандштурм».
Тут приёмник снова ожил и прошептал замогильным голосом:
— Бец, не ходи на рыбалку – живым не вернешься.
Вец вздрогнул, выронил банку с наживкой – тут же остро запахло кладбищенской землей.
— Сосед балует, радиолюбитель недоделанный. Не описался, Вец?
На реке они терпеливо отсиживались в плавнях, ждали, пока пройдет сторожевик Рыбнадзора, весь обшитый панелями динамической защиты и с крупнокалиберным пулемётом на баке, только потом взялись за вёсла.
Тут в воздухе коротко вжикнуло и на дне лодки Бец увидел чудесную блесну — червонное золото, глаз – изумруд, чешуя покрыта японскими иероглифами. Не раздумывая, Бец ухватил блесну, почувствовал рывок, жгучую боль в руке и, уже вылетая за борт, увидел расширенные глаза Веца.
Только хладнокровие и солдатская сноровка спасли Беца. Выхватив кривой рыбацкий нож, он перерезал леску и мощным рывком, оттолкнувшись ногами от какой-то скользкой туши, влетел обратно в лодку.
Посудину сильно тряхнуло и над водой, опираясь плавниками о борт, появилась огромная саблезубая рыбья голова размером с трехведерный самовар, поросшая не чешуей, а какой-то зеленью – то ли шерстью, то ли мхом-паразитом. Из пасти воняло тиной, дохлыми кошками и амброй. Глаза твари со змеиными зрачками злобно, с ненавистью, вытаращились на рыбаков.
Бец схватил весло и со всей дури врезал монстру промеж глаз, в которых тут же появилось обиженное и несколько недоуменное выражение. Следующий удар Бец нанес по жабрам, рыбина хрюкнула плавательным пузырём, откусила изрядную часть борта и плюхнулась в воду.
— Гранату, Вец, гранату!
Старина Вец не медлил — одна, следом вторая граната полетели за борт. Парни бросились на дно лодки, закрыв головы руками. Взрывной волной их, контуженных и потрясенных, отбросило почти к самому берегу.
Как добрались домой, никто из них не запомнил.
— Папульник, а ты уже дома с рыбалки? – Варежка тут же полезла обниматься.
— Брысь, Варька! Вся рыба на дальний кордон ушла.
На кухне Бец выпил стакан спирта и щедро полил им покалеченную руку. Кряхтя и морщась он вырезал глубоко впившиеся в ладонь крючки и сшил рану кетгутом, наложив пять швов. Вытащил из армейской аптечки ампулу с промедолом, повертел в руках, потом отбросил её и бодро пропел:
— А для хорошего, для рыбака
Удочка только нужна
И река…
В этот момент радио затрещало, засвистело и мерзким рыбьим голосом просипело:
— Бец, сука, ты мне плавник почти оторвал. Явишься на реку ещё раз – ноги отгрызу! mirnaiznanku.livejournal.com

Добавить комментарий